Это, казалось бы, две совершенно разные истории. И эти цифры никак не связаны друг с другом. Однако их сравнительный анализ возможен. Нужен. И показателен.
🔳 Часть первая. Как ФСИН извиняется за убийство.
Заключенному Анатолию Зубареву было 53 года, когда он заболел раком поджелудочной железы. Терпел сильнейшие боли. В ИК-3 Иркутска, где он отбывал наказание, на его жалобы не реагировали.
Елена Зубарева, жена арестанта, забеспокоилась после свидания с Анатолием весной 2022 года. Из ее комментария изданию «Люди Байкала»:
«Он вышел весь худой, жёлтый, за час шесть раз бегал в туалет. Месяц ему не оказывали помощь, пока не вышла из отпуска терапевт, работающая в колонии. Она вызвала гражданских врачей и его этапировали в ИК-6, где есть стационар с возможностью ставить капельницы и проводить операции. Но и там тоже помощи не оказывали. Права нарушаются, все, которые можно. Человеку стало настолько плохо, что ему сделали отток желчи. У него трубка, которая ни разу не обрабатывалась. Человек сам вытаскивает её, промывает проточной водой и снова вставляет. Он доведён до такого состояния, что уже можно сказать «живой труп».
По этой ссылке - https://t.me/arestanty/2705 - фотография Анатолия Зубарева сразу после освобождения. Смотреть или все-таки нет, пусть выбор останется за вами.
Елена Зубарева добивалась лечения для мужа с апреля 2022 года. Безрезультатно. В августе она обратилась к иркутским правозащитникам Святославу и Наталье Хроменковым. И вместе они стали добиваться освобождения Анатолия по болезни (статья 81 УК РФ). Суд рассмотрел заявление Елены только 26 октября.
Святослав Хроменков, юрист, правозащитник:
«Думаю, что уже невооруженным глазом было видно, что он умирает, ведомству невыгодно было, чтобы он умер в колонии. Если болезнь не видно, то доказать диагноз заключенного невозможно. В медицинских картах врачи пишут так, что ничего разобрать нельзя, никто ведение карт не контролирует, рентгеновские снимки не хранят. Это всё я знаю по своей практике».
📎 «Актировка» (досрочное освобождение из-за тяжёлой болезни) – случай редкий. Как в Иркутске, так и по России в целом. Из четверых подзащитных Хроменкова, заключенных с тяжёлой болезнью, отбывающих наказание в Иркутской области, освободили только Зубарева.
Вскоре после освобождения, буквально через пару недель, Анатолий Зубарев умер. Перед смертью он весил 35 килограммов.
Сегодня, спустя почти два года со дня смерти заключенного, Куйбышевский районный суд вынес решение по иску Елены Зубаревой. И хотя она требовала взыскать со ФСИН 1,5 млн руб., но суд уменьшил сумму компенсации в 15 раз.
Родным Анатолия Зубарева выплатят сто тысяч рублей.
🔳 Часть вторая. Рекордные суммы за участие в войне.
3 миллиона рублей – исторический максимум. Об увеличении единоразовой выплаты при подписании контракта с Минобороны сообщил накануне губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков. Еще на прошлой неделе рекордсменом был Ханты-Мансийский автономный округ, там добровольцам дают по 2,75 млн рублей.