«Пьёт как не в себя. Окоп копал. Меня избил. Лучше бы сидел дальше».
Год назад, в первых числах июня завершилась трехсотдневная битва за Бахмут:
- новые данные о погибших заключенных;
- позывной «Навальный»;
- жизнь после «Бахмутской мясорубки»;
- и как Минобороны прямо сейчас под Волчанском повторяет опыт вагнеровцев.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫМ ФОНДОМ ПОМОЩИ ОСУЖДЕННЫМ И ИХ СЕМЬЯМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА ПОМОЩИ ОСУЖДЕННЫМ И ИХ СЕМЬЯМ.
«Медиазона» и Русская служба «Би-би-си» изучили бизнес «ЧВК Вагнера», получив документы о выплатах погибшим наемникам. И смогли точно сказать, сколько заключенных ушло на фронт (не менее 48 тысяч) и сколько из них погибло во время битвы за Бахмут (17 175 человек, хотя Пригожин настаивал, что гораздо меньше). У «ЧВК Вагнера» даже была медаль «Бахмутская мясорубка».
При вступлении в «ЧВК Вагнера» наемникам присваивался позывной. В первые недели заключенным выдавали простые для произношения и запоминания позывные: «Хмырь», «Садист», «Жокей» и т.п. Но позже принцип выдачи позывных изменился. Вот несколько позывных заключенных, погибших под Бахмутом в один день: «Пемброк», «Регидрон», «Сервилий», «Комедур» и – неожиданно – «Навальный».
Вероятно, предполагает «Медиазона», такое безразличие к позывным и отсутствие цензуры объясняется просто: не было и мысли выдавать заключенным рации, где, собственно, эти позывные и используются. Это позывные для участников «мясных штурмов».
Средний срок службы заключенных – один-два таких штурма (бывало и 200 погибших вагнеровцев во время одной атаки). И ясно, что заключенные, в отличие от вольных наемников, считались «расходным материалом».
Из-под Бахмута не вернулся каждый третий завербованный. В чате родственников тех, кто вернулся, есть обсуждение под названием «Поменяла ли война людей?». Вот первые сообщения из этой темы:
«Пьёт как не в себя. Белку поймал. Бегает по двору. Окоп копал»;
«Лучше бы сидел дальше. А то выжили, пришли, и решили что они бессмертны, и теперь могут делать что хотят»;
«Привет всем... Мой разбил кувалдой мою машину, меня сильно избил...»;
«У моего стала крыша ехать, разбил мне нос. У нас 2 деток, не знаю, что делать».
Тем временем конвейер по вербовке продолжает работать и пригожинские методы востребованы. Правда, в «мясных штурмах» теперь участвуют не только заключенные, но и обычная пехота. Источники The Guardian и Hromadskе о боях в начале июня 2024 года на окраинах Волчанска: «Русские шли колоннами по 30-40-60 человек. У нас столько снарядов не было, сколько этих россиян было. Волчанск напоминает мини-Сталинград 21 века, место смерти».
https://zona.media/article/2024/06/10/42174
https://www.theguardian.com/world/article/2024/jun/08/under-a-drone-filled-sky-ukraine-tries-to-retake-a-town-one-house-at-a-time