Капитаны судов «Бакарица», «Федор Бредихин» и «Красногвардейск» спустили спасательные шлюпки. На «Красногвардейск» доставили 94 человека, «Бакарица» сняла шестерых моряков, наиболее пострадавших от газа, — сами они передвигаться не могли. Корабельного врача Игоря Кочергина перемещали, привязав к носилкам, — оказывая помощь своим ребятам, он надышался парами азотной кислоты больше всех. Он был почти в бессознательном состоянии. Его быстро отнесли в лазарет, и им занялся врач «Красногвардейска». У него был отек легких, но его удалось спасти.

Британов с аварийной партией все еще оставался на лодке. Так как лодка была обесточена, то связь с командованием командир «К-219» поддерживал через радистов «Красногвардейска».
А американцы не дремали. Самолеты-разведчики постоянно барражировали над группой советских судов, в воде видели перископ «Аугусты», рыскавшей вокруг и мешавшей спасательным работам, а буксир-спасатель «Паухэтэн» все время крутился рядом, телеграфируя:

«…На борту есть мощные насосы, сильные прожекторы и шлюпки. Имею поручение оказывать вам помощь!» — на что наши отвечали: «В вашей помощи не нуждаемся. Вы мешаете нашим действиям, требуем покинуть район нашей операции!»

В ночь на 4 октября 1986 года подошел новейший ролкер (судно для перевозки грузов на колесной базе) БМП «Анатолий Васильев».

К этому времени всем уже стало ясно, что лодку придется буксировать. Москва возложила командование спасательными работами на капитана-наставника Льва Будылкина. Лев Яковлевич предложил план буксировки подлодки силами и средствами подошедшего танкера «Галилео Галилей», «Красногвардейска» и «Анатолия Васильева». «Бакарицу» и «Федора Бредихина» отпустили для продолжения рейсов.

Буксирным судном назначили теплоход «Красногвардейск».