Тараканы особого назначения: от чего Роспотребнадзор трижды дезинфицировал дом в Иркутске?

Закрытый на карантин стационар Шелеховской районной больницы под Иркутском стерегут мусорная корзина и черенок от швабры. Объявлений о карантине нет ни одного. Охранница на вопрос, правда ли это чума, отвечает обезоруживающе: «А кто ж нам скажет-то? Мы только в интернете все читаем». Человек на посту узнает об охраняемом объекте оттуда же, откуда любой подписчик городского паблика.

Дарье Шипиловой было 28 лет. В 2022 году окончила ИГМУ и пришла в Иркутский противочумный институт Роспотребнадзора. Лаборантка, через полтора года научная сотрудница, в 2024-м красный диплом ординатуры. Работала в отделе микробиологии чумы. Весной 2026-го значилась соавтором доклада об устойчивости Yersinia pestis к антибиотикам. В августе участвовала в международных учениях команд быстрого реагирования.

Хронология короткая. 25 сентября, по словам коллег, последний раз была в институте. По неофициальной версии, в тот день разбилась пробирка - официально это никто не подтверждал. 29 сентября ее госпитализировали в обычную районную больницу, хотя у противочумных институтов есть собственные стационары. Вечером 1 октября стационар закрыли. В ночь на 2 октября Дарья умерла. Двери заперли раньше, чем кто-либо назвал диагноз.

Дальше диагноз работал в режиме редактирования. Губернатор Игорь Кобзев сообщил о подозрении на «особо опасную инфекцию», не уточнив какую. Глава Бурятии Алексей Цыденов написал о «женщине, погибшей от чумы в Иркутской области» - позже в посте появилось слово «возможно». Глава региона поставил диагноз раньше профильного ведомства, а затем сам выписал себе второе мнение.

4 октября Роспотребнадзор через информагентства сообщил: «пневмония неустановленной этиологии», обстановка стабильная. Деталь, от которой хочется перечитать: на собственных ресурсах ведомство этот релиз не опубликовало. Важное заявление, которое его автор не решился повесить у себя на сайте. Песков посоветовал прислушиваться к официальным заявлениям Роспотребнадзора - остался пустяк, найти их там, где они выпущены.

Параллельно шла генеральная уборка ленты. Администрация Байкальска посоветовала не ездить в Шелехов и через два часа удалила пост. РЕН ТВ снес пять публикаций о чуме. «Известия» выпустили новость о возбуждении дела по ч. 2 ст. 236 УК и убрали ее - сведения остаются неподтвержденными. Казанский «АиФ» и кузбасский «МК» тоже подчистили сайты, забыв про кэш «Яндекса». Результат измерим: к 3 октября запросов про чуму набралось свыше двух миллионов, интерес в Иркутске вырос на 2000%.

Директор Иркутского алюминиевого завода ввел масочный режим, честно объяснив причиной «противоречивую информацию о ситуации с чумой». Через день причина сменилась на сезонное ОРВИ. В масках на проходной стоят даже дворники.

Про карантин, которого официально нет. По данным Сибирь.Реалий, со 2 октября больше 60 сотрудников института держали в здании: спали на полу и на стульях, еду передавали через КПП. «Закрыли двести человек. Трое суток держали, брали мазки дважды в день… Я на куртке спал». Институт с орденом Трудового Красного Знамени нашел для своих ученых ватную палочку и пол. Под наблюдением - 197 человек, из них 189 госпитализированы, анализы отрицательные. Улов операции особой важности: два случая COVID-19 и два риновируса. Четыре насморка на две сотни человек.

В перинатальном центре беременным выдавали анкету с названием «Чек-лист при подозрении на ООИ «Чума»». Чумы официально нет, чек-лист есть. Партнерские роды запретили - карантина, если верить пресс-службе, тоже нет.

Теперь о главном.
Чуму так и не нашли. Зато нашлась безупречная система обороны - от вопросов. Удаленные посты, правленые цитаты, «тараканы» вместо объяснений и анкета «Чума» при официально несуществующей чуме. Корзина и швабра у входа бактерию не остановят. Журналиста - вполне.