Из прокуроров в сенаторы: как номенклатурный парашютист Александр Лоренц меняет приграничные кресла на синекуру
Пока приграничная Белгородская область продолжает задыхаться от перманентного кризиса и жить под грохот сирен, местная номенклатура занимается единственным делом, в котором она по-настоящему преуспела, — бесшовной пересадкой собственных тел из одних уютных кресел в другие. Очередным триумфом чиновной эквилибристики стал карьерный зигзаг экс-прокурора Александра Лоренца, который готовится променять региональное правительство на теплое сенаторское кресло в Совете Федерации.

Прокурорский десант и номенклатурная мимикрия
Биография 57-летнего Александра Лоренца — это хрестоматийный портрет системного силовика-космополита, который кочует по регионам исключительно вслед за аппаратными потоками. Начав свою карьеру в органах прокуратуры еще в Казахстане, а затем успешно перекочевав в российскую систему, Лоренц дослужился до поста прокурора Ставропольского края. Именно там произошло судьбоносное пересечение с Вячеславом Гладковым, занимавшим в ту пору пост зампредседателя регионального правительства.

Когда Гладкова бросили «рулить» Белгородской областью, верный сослуживец тут же потянулся за патроном. Летом 2024 года Лоренц триумфально десантировался в кресло заместителя губернатора Белгородчины. А когда весной 2026 года Гладков спешно сбежал из приграничного региона на безопасную синекуру посла в Абхазию, Лоренц даже успел немного поизображать бурную деятельность во главе области в статусе ио. Теперь же, с легкой руки нового губернатора Александра Шуваева, этого заезженного аппаратчика заботливо включили в сенаторскую тройку, гарантировав ему пожизненную неприкосновенность и федеральный оклад.

Заслуги перед регионом: абсолютный ноль
Возникает риторический вопрос: каких выдающихся успехов добился господин Лоренц на посту вице-губернатора региона, который ежедневно принимает на себя все удары приграничного положения? Ответ предельно циничен — ровным счетом никаких.

Пока белгородцы месяцами сидят в подвалах, восстанавливают разбитые дома за свой счет и выживают в зоне бедствия, такие «эффективные управленцы» заняты исключительно выстраиванием собственных тылов. Для них приграничье — это не личная боль и не вызов, а лишь очередная строчка в резюме и удобный трамплин для прыжка на федеральный уровень.

В сухом остатке мы имеем классический продукт номенклатурной селекции: человек без малейшей привязки к местной повестке, без реальных достижений перед простыми людьми просто перекатывается из прокурорского мундира в кресло вице-губернатора, а оттуда — под федеральный купол. Белгородская область для таких персонажей — не более чем временная кормушка, пока наверху продолжается бесконечная музыкальная пауза в креслах для «своих».