Хочется сказать две вещи.

Первое.

На прошлой неделе я впервые оказался в Норвегии. Поездка была короткой, но далась тяжело. Все города и поселки, которые мы встречали на своем пути, оставляли примерно такое впечатление: когда-то люди оказались на холодном, вытянутом и не очень пригодном для комфортной жизни куске земли, но смогли обустроить его так, что даже самая захолустная деревня на 10 домов излучает благополучие. И это мы еще не были на границе: в интернете много сравнений норвежского Киркенеса с нашими Заполярным или Никелем (расстояние – 55-65 км); если не боитесь окончательного упадка настроения и сил – найдите и посмотрите.

Есть много причин, почему у них – нефть и газ и вот так, а у нас – нефть и газ и вот так вот. Вчера большинство из этих причин мы снова наблюдали. Увлекшийся историей император. Свита с ампутированным мнением и волей. Пропагандистский эскорт, так складно и так сладко одобряющий войну из теплых столичных квартир. Ну и решения, которые вся эта тусовка принимает. Решения – не на то, чтобы конвертировать природные ресурсы в благополучие Воронежа, Камчатки, Никеля и Заполярного, а чтобы богатеть самим и подольше в управлении этих ресурсов оставаться.

Все, что написано выше, – очень банально; это очевидно для всех, у кого 2Х2=4. Поэтому я пишу это ровно с одним мотивом: когда мои дети подрастут, доберутся до этого клочка истории, охренеют и спросят: «Пап, ну а ты-то тогда чего?» – у меня будет письменное доказательство: эту власть я не выбирал, ее имперский угар я не поддерживал.

Второе.

Весной прошлого года у нас вышел выпуск с Михалычем из петербургской группы Animal Джаz. Отвечая на вопрос: «Как ты воспринимаешь то, что происходит между Россией и Украиной?», – он ответил: «Жесть. Трагедия. И чувство вины <…> Вот эти все зеленые человечки, вот это все вмешательство со стороны – это бесконечные чувства моего стыда и вины. С одной стороны – за то, что я не могу повлиять. С другой – за то, что это моя страна, хотя я вроде бы напрямую и не ответственен за эти вещи».

Этот ответ – очень близок к тому, что испытываю сейчас я.

Я вырос в России, Россия – моя Родина, я с нежностью и любовью ношу триколор на предплечье. Но Украине, родине родных и дому друзей, – моя максимальная поддержка в эти дни.

России, Украине, миру – мир.