Мечту о том, чтобы Россия «как в СССР» делала всё своё — от смартфона до процессора периодически отряхивают от нафталина и, видимо, настал очередной такой момент. Она понятна эмоционально, но экономически она почти неосуществима. Современный гаджет — это не завод и не сборочная линия, а результат десятков узкоспециализированных производств, разбросанных по разным странам: чипы, дисплеи, аккумуляторы, фотоматрицы, память, датчики, редкоземельные материалы, оптика и программная экосистема. Ни одна страна мира, включая США и Китай, не закрывает всю эту цепочку самостоятельно. Пытаться воспроизвести её целиком внутри одной страны — значит сознательно выбирать дорогой, медленный и заведомо неконкурентоспособный путь.

Главная проблема — масштаб. Смартфон или ноутбук продаются миллионами и даже десятками миллионов единиц в год. Только при таком объёме можно окупить гигантские вложения в разработку, оборудование, литографию, упаковку чипов, производство экранов и отладку софта. Российский внутренний рынок слишком мал, чтобы обеспечить такую экономику. Если собрать фабрику для отечественного смартфона, её продукция либо окажется дороже импортных аналогов, либо потребует постоянных субсидий. А субсидии — это не создание отрасли, а перераспределение денег налогоплательщиков в пользу предприятий, которые без господдержки не выдерживают рыночной проверки. Даже заявленные поступления от технологического сбора — около 22 млрд рублей в год — меньше стоимости одной современной фабрики, что наглядно показывает пропасть между риторикой о «суверенной электронике» и реальными капитальными затратами.

Второй момент — технологическая база. Производить финальную сборку устройства в России можно, но это не означает технологического суверенитета. Если процессоры, память, дисплеи, камеры и операционная среда закупаются за рубежом, страна остаётся сборщиком, а не производителем. А чтобы делать эти компоненты самостоятельно, нужны не отдельные заводы, а целая промышленная экосистема: сверхчистые материалы, прецизионное оборудование, химия, кадры, инженерные школы, поставщики и многолетние циклы разработок. СССР, при всех своих достижениях в оборонной электронике, так и не создал конкурентоспособную массовую бытовую электронику: отрасль страдала от дефицита современной компонентной базы, мелкосерийности и ориентации на план, а не на себестоимость и качество.

Наконец, потребитель не выигрывает от лозунгов. Он получает более дорогой, технически слабее и медленнее обновляемый продукт. Рынок электроники живёт не патриотизмом, а сочетанием цены, характеристик, экосистемы, сервиса и регулярных обновлений. Поэтому разумная стратегия — не пытаться «делать всё своё», а выбирать критически важные ниши: микроэлектронику для промышленности, связи, обороны, медицины, энергетики; собственные разработки в софте и отдельных компонентах; кооперацию с дружественными технологическими центрами. Это дорого, долго и скромнее по пропагандистскому эффекту, зато реалистично.

Оставить мечту о полностью автономном производстве гаджетов — не значит отказаться от технологического развития. Это значит перестать путать символы с промышленной политикой. России нужны сильные компетенции там, где они дают реальную отдачу, а не дорогие «отечественные смартфоны», которые будут существовать лишь за счёт бюджета и запретов на конкуренцию.

Ваш Юрий Долгорукий