Почти незамеченным прошло недавнее исследование ВЦИОМ по поводу отношения россиян к иноагентам. Меж тем, оно довольно интересно в концептуальном плане. “Более половины (61%) участников опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) считают иноагентов предателями Родины. Исключительно положительно к иностранным агентам относятся только 6% респондентов, отрицательно — 33%. Каждый пятый (22%) относится к ним нейтрально, треть (34%) — в зависимости от ситуации”. Это - по состоянию на осень 2023 года.

Осенью 2022 года был принят закон, регламентирующий деятельность и обязанности иностранных агентов, включая необходимость маркировки материалов СМИ соответствующим знаком.

Спикер парламента Вячеслав Володин тогда отмечал , что особую важность она будет иметь для медиа, “среди журналистов не должно быть иноагентов”. В сущности, закон в основном и был направлен на сотрудников СМИ, потому что за исключением нишевых НКО больше никакие иные сферы жизни этим понятием в принципе не затрагиваются. Интересно то, собственно, что сейчас мы наблюдаем результаты того, как работает этот закон. Причем, показательным является даже не цифра в 61% маркирующих иноагентов как предателей, а то, что 34% относится к ним в зависимости от ситуации. Треть людей, которые могут позволить себе собственный выбор в суждениях и оценках - достаточно много.

К закону об иноагентах у нас в стране неоднозначное отношение. Либеральный лагерь, разумеется, подает его как аналог государственной цензуры, консервативный ударяется в другую крайность, видя в нем универсальный инструмент для сведения счетов с неугодными “болтунами”. Истина, тем временем, как всегда где-то между. Я, к слову, нередко встречаю информацию, маркированную иноагентским знаком, но при этом еще никогда не сталкивался с тем, чтобы против иноагентов в лице конкретных журналистов или СМИ велась целенаправленная информационная атака. Те же “Радио Свобода” или “Медуза” спокойно продолжают появляться в инфополе, так что едва ли мы можем говорить о цензуре или люстрациях. Но пометки на материалах есть - и это дает читателю возможность самому сделать выводы относительно того, как оценивать эту информацию. Собственно, как в случае с пачкой чипсов, на которой указано количество глутамата натрия, но которую никто насильно не вырывает из рук. Треть граждан, варьирующие свое отношение к иноагентам в зависимости от контекста - тому подтверждение, каждый может выбирать. А 61% тех, кто, метафорически выражаясь, предпочитает глутамат в пищу не употреблять - подтверждение того, что маркировка делается не зря. В принципе, в своем категоричном высказывании Володин был все же абсолютно прав, поскольку потребитель информации вправе знать, кем она производится.

Россия в этом плане, во многом уникальная страна, где под постоянные рассуждения о цензуре процветали (до сих пор по крайней мере) невиданные информационные свободы. Те же Штаты, о чем много раз говорилось, начали ограничивать информационный рацион своих граждан гораздо раньше - с 1938 года, когда там был принят аналог нашего закона об иноагентах (Foreign Agents Registration Act, FARA). Кстати, цель его принятия - ответ на пропаганду, которую вела Германия в преддверии Второй мировой войны. В 2018 году в Австралии был принят закон о прозрачности иностранного влияния. В 2016 в Израиле - закон о прозрачности финансирования НПО. Ведется разработка аналогичных норм в Эстонии, Великобритании и еще ряде других стран. Не говоря уже о том, что социальные сети, базирующиеся в Штатах, но формирующие инфополе в масштабах всего мира, тщательно лепят на аккаунты российских СМИ соответствующий значок. Но, кажется, только у нас маркировки и ограничения встречают такими громким воплями. Хотя, как показывает практика, оказались он вполне себе востребованными и актуальными.

Ваш Юрий Долгорукий