Глава 8: "не хочу пробуждаться в реальный мир"

Джозеф смотрел на мир, который творился в голове у Калеба: спокойный, лёгкий ветер, огромное бескрайнее поле и бездонное голубое небо. В этом мире пребывал и сам Калеб. Джозеф взглянул на него и тихо вздохнул.

— Ладно, Калеб… Как только будешь готов — возвращайся. Я пойду.

— Ага… давай.

Джозеф поднялся и растворился вместе с ветром. Калеб остался один. Он молча смотрел на поле, пока рядом с ним вдруг не появилась девушка с небесно-голубыми волосами и в странном, почти неземном наряде. Едва она ступила на траву, день погас, и над полем опустилась ночь. Калеб медленно поднял на неё глаза.

— Здравствуйте, госпожа Онейрос… Простите, что отвлекаю и причиняю неудобства.

Онейрос улыбнулась. Голос её зазвучал прямо в голове Калеба, хотя губы оставались неподвижны:

— Здравствуй, Калеб. Снова ты. Что стряслось?

Пальцы Калеба едва заметно дрогнули. Сколько бы раз он ни встречал богиню сновидений, к её странному способу общения он так и не привык.

— Я… не хочу пробуждаться. Не хочу возвращаться в реальный мир…

Онейрос слегка удивилась. Ресницы её дрогнули. Глаза богини всегда были закрыты — чтобы не видеть грехи тех, кто приходит в её мир без спроса.

— Странно… Почему? Хочешь, я помогу? Могу сделать так, чтобы ты больше никогда не возвращался.

Калеб молчал. Он действительно хотел остаться здесь. Лучше умереть во сне от жажды и голода, чем снова открыть глаза там, снаружи. Он машинально коснулся своих ушей — слишком длинных, слишком похожих на эльфийские — и тяжело выдохнул.

— И… как вы это сделаете?

Онейрос мягко подплыла ближе, взяла его лицо в ладони и улыбнулась.

— Смотри, Калеб… Всё, что тебе нужно — умереть сейчас. Во сне. Согласен?

Калеб резко распахнул глаза и уставился на неё. На ту, что дарила сны всем людям на земле. Но в этот момент её лицо казалось жутким. Она была той, кто без спроса вторгался в чужие миры и творил там либо рай, либо кошмар. Калеб дрожаще вдохнул.

— Я…