3 ☺️лава

🌟жозеф сидел, привалившись спиной к шершавому стволу старого дерева на холме. Книга в его руках была открыта на середине, но взгляд скорее скользил по строчкам, чем впитывал их. На его коленях, словно в гамаке, покоилась девушка с тёмными, почти чёрными волосами, рассыпавшимися по его брюкам. Она смотрела в бескрайнюю синеву неба, по которому лениво ползли облака, а потом вдруг перевела взгляд на него.

– Джозеф, – её голос прозвучал тихо, но в нём звякнула какая-то новая, незнакомая нота. – А ты меня любишь?

– Конечно, люблю, – Джозеф с мягкой улыбкой опустил ладонь, зарывшись пальцами в её прохладные пряди. Он погладил её, перебирая волосы, и на миг прикрыл глаза, наслаждаясь моментом.

– Всегда будешь любить? – она вдруг поймала его руку, прижимая к своей щеке. Её кожа горела. – Не забудешь?

Что-то в её голосе — тихая, отчаянная мольба — заставило его отложить книгу. Шорох страниц разрезал тишину. Джозеф посмотрел на неё, и внутри что-то дрогнуло от того, каким серьёзным и испуганным стало её лицо.

– Конечно, не забуду, – выдохнул он, кривовато улыбнувшись. Смоляные пряди упали ему на лоб, затеняя голубые глаза, в которых, как в Парень резко распахнул глаза, захлёбываясь воздухом. Перед ним был только белый, до тошноты равнодушный потолок.

Это был всего лишь сон. Просто сон, от которого он, кажется, никогда не сможет избавиться. Сердце колотилось где-то в горле. Это было странно до жути, ведь он не помнил эту девушку. Не помнил, но каждая клетка в теле кричала о её присутствии, как о болезненной, незаживающей потере.

Джозеф встал с постели, чувствуя, как липкий холодок страха и тоски всё ещё стекает по позвоночнику. Он умылся ледяной водой, но это не помогло смыть наваждение. Переодеваясь, он прокручивал в голове обрывки сна. Она была лёгкая, живая, любимая им до дрожи, но её лица он не видел. Во сне его тело, его душа принадлежали кому-то, кого больше не было. Будто его самого настоящего не существовало.

Джозеф Айвори накинул пальто, привычным движением зачесал левую сторону волос назад и направился к выходу. Сколько он себя помнил, он всегда был собран, серьёзен, абсолютно сдержан в эмоциях — ледяная скала, о которую разбивались любые чувства. Он вошёл в офис, привычно кивая коллегам, и зашёл к себе в кабинет. И вдруг замер прямо в дверном проёме.

Его накрыло. Он вспомнил, что видел во сне цвета.

Этого не могло быть. Абсурд. Его чёрно-белое зрение не могло так жестоко подшутить над ним. Но перед внутренним взором, ярче любой реальности, вспыхнуло платье девушки из сна — насыщенного, глубокого синего цвета, как предштормовое море. И эти каштановые волосы, и кремовая, тёплая кожа. Он видел это не просто картинкой — он чувствовал это. Это было невозможно. Это пугало до усрачки.

– Айвори? Вы в порядке? – голос ворвался в его панику, разбивая наваждение.

Джозеф моргнул, осознав, что стоит столбом посреди прохода, привлекая ненужное внимание. Он сфокусировал взгляд и увидел Каямото, сидящую за своим столом. Она уже встала, приблизилась к нему и озабоченно приложила прохладную ладонь к его лбу.

– Вы заболели? – спросила она, хмурясь.

Джозефа обдало жаром от неожиданной близости. Он мягко, но непреклонно убрал её руку, пряча смятение за привычной маской спокойствия, и направился к своему столу.

– Всё нормально, – голос прозвучал глухо. – Просто кое-что неприятное вспомнил.

Усевшись, он начал машинально перебирать бумаги, пытаясь похоронить сон под рутиной. Бесполезно. В груди разрасталась воронка из тоски и странного, липкого узнавания.

– Хорошо. Босс сказал, что чуть позднее отправит документы насчёт какого-то задания, – отчиталась Каямото, возвращаясь на место.

– Понял, – бросил он, не поднимая глаз.

Каямото защёлкала клавишами, а Джозеф боролся сам с собой. Забыть. Он должен забыть. Но с каждым ударом сердца он всё острее чувствовал, что знает незнакомку. Знал так глубоко, как знают боль в фантомной, давно оторванной конечности. Откуда?⬇️