Литвиненко о технологиях и медиа

Минэкономики Тайваня объявило, какие чипы запрещено экспортировать в Россию, с конкретными ограничениями по характеристикам. Так как этот канал, судя по всему, живет только историческими аналогиями, попробуем переложить эти требования на ЦП из потребительских компьютеров.

Ни о какой разрядности выше 32 бит речи идти не может, так что сразу отходим на несколько десятилетий назад. Впрочем, даже рынок начала 2000-х будет не попадать в ограничение на тактовую частоту в 25 МГц.

Тайвань мог бы экспортировать эквивалент младших моделей Intel 80486, но они не проходят по ограничению на количество контактов — не более 144. Даже сокет для чипов OverDrive рассчитан на 169 контактов.

Останавливаемся на Motorola 68030, производство которого началось в 1987 году. Процессор известен по Macintosh конца 1980-х и начала 90-х. В лимит по частоте у нас упирается вариант, использовавшийся в Macintosh PowerBook 170 — между прочим, самом мощном ноутбуке Apple на момент его выпуска (в 1991-м).

Кстати, то, что Microsoft Encarta в 1995-м превратилась из того, что сверху, в то, что снизу — это в первую очередь заслуга Билла Флоры, который позднее стал известен как ведущий дизайнер стиля Metro (Zune, Windows Phone, Windows 8).

Посмотрите его выступление на одной из конференций. Он, кстати, еще отвечал за NXE — дизайн дашборда Xbox 360, который был у неё с 2008 по 2011 годы.

Пытаюсь в последнее время находить отдушину в изучении раннего компьютерного мультимедиа — интерактивные CD, видеоклипы на компьютерах слабее нынешних часов и все такое. Но и тут происходит какое-то, прости-господи, импортозамещение.

Помните «Большую энциклопедию Кирилла и Мефодия» из 1990-х — 2000-х? Наверное, единственная энциклопедия на CD-ROM, отсветившаяся в России, с корнями в нынешнем издателе «Большой российской энциклопедии» и множеством побочных продуктов.

С тем, что ее интерфейс был… вдохновлён интерфейсом мегапопулярной в США Microsoft Encarta образца конца 1990-х, с нетипичными для Windows «плоскими» виджетами, я уже давно свыкся. (Хороших скриншотов на ходу не нашёл, извините.)

Но вот то, что ее обложка в 1999-м была ПОЛНОСТЬЮ скопирована с оной у Compton’s Interactive Encyclopedia, меня сейчас убило окончательно. Доброе утро.

«Ростех» по следам нашей заметки о ничтожных продажах своего телефона AYYA в ритейле (по данным «Связного» — 370 штук) сообщил, что большая часть совокупного тиража в 14 тыс. «продана либо имеет потенциального заказчика».

Оставлю пока за рамками поста такое странное «либо». Допустим, что по итогам истории с этим телефоном можно будет сказать, что было продано «до 14 тыс. устройств». Подобный диапазон — от 500 штук по сведениям Business Insider до менее 10 тыс. по CNET — это история линейки телефонов Kin от Microsoft, провалившейся в 2010-м и свернутой спустя два месяца после запуска.

А что такое 14 тыс. в пересчете, скажем, на игровые консоли? Это столько же, сколько у попытки британской Amstrad выйти в 1990-м году на их рынок с переупаковкой своего домашнего компьютера Amstrad CPC. Это, по позитивным оценкам, меньше, чем у портативной приставки Gizmondo, известной игрой-бестселлером «Липкие шары» и связями руководителей компании-разработчика со шведской мафией.

Но кое-что «аййе» все же, судя по всему, удалось обойти: Tandy VIS, известную как первое домашнее медиаустройство на базе урезанной версии Windows. 1992 год, 11 тыс. проданных устройств и обидное прозвище среди менеджеров — Virtually Impossible to Sell («практически невозможно продать»).

The New York Times со ссылкой на модераторов Facebook и Instagram* пишет, что Meta более шести раз поменяла правила, касающиеся модерации контента о военной операции на Украине. На фоне постоянно меняющихся правил компания перестала следить за тем, насколько качественно модераторы следят за их исполнением.

К реагированию на события на Украине причастны непосредственно гендиректор и операционный директор Meta Марк Цукерберг и Шэрил Сандберг, сообщают источники NYT.

По ссылке — статья со снятым пейволлом.

*) вынужден указывать, что Facebook и Instagram были объявлены экстремистскими и запрещены.

И еще немного об отечественных эпп-сторах. Глава АНО ЦП в де-факто интервью РБК утверждает, что на первых этапах из разработка будет представлять собой витрину приложений, а не полноценный магазин. При этом он убежден, что им удастся договориться с Google и добиться предустановки этого приложения на продающиеся в России телефоны.

Вот только производители устройств на Android по закону о предустановке уже продают телефоны с примитивной витриной приложений App List, выпущенной с 2020 года и с тех пор так и не ставшей эпп-стором в нормальном понимании.

Кстати, когда глава Минцифры Максут Шадаев на прошлой неделе обмолвился, что российский эпп-стор для Android находится в разработке, мы попытались узнать в министерстве в том числе судьбу App List. Ничего конкретного нам узнать тогда не получилось.

А эта АНО очевидно идет по пятам за Минцифры в попытках показать себя нужной в каждой из ее инициатив.

А вот РБК абсолютно некритично отнеслась к идее этой же АНО о запуске «отечественного магазина приложений NashStore» — даром, что, судя по всему, ни у кого нет понимания о том, как все это будет работать и на какие деньги.

Позволяю себе процитировать только двенадцатый (!) по счёту абзац заметки. Из предшествующих одиннадцати, кстати, шесть — это прямая речь главы АНО:

«Люди, которые запускают российский магазин приложений, никогда не занимались программированием, отметил в беседе с РБК гендиректор Института исследований интернета Карен Казарян. По его словам, последние шесть-семь лет АНО «Цифровые платформы» «ничем не отличилось, кроме освоения государственных грантов», тогда как «для создания магазина нужно обладать компетенциями программистов». «До чего-то конкретного это вряд ли дойдет. Последнее время стало принято громко заявить о создании нового продукта, например «Россграма», и дальше ничего не делать. В целом не запрещено создавать магазин и устанавливать на телефон. Такая практика есть у китайских смартфонов, например Xiaomi. Но это тяжелая работа, слышать о том, что магазин запустится от людей, которые не имеют опыта в ИТ, просто нелепо. К тому же сроки у них нереальные», — категоричен Казарян».

Эта история не стоила бы места на полосе и на сервере, если бы не вырисовывалась в цепочку, описывающую значительную долю всего происходящего в России. Следите за каждым звеном:

- группа российских технических директоров и им сочувствующих составляет список "опасных для использования продуктов", в который кидаются все видимые проявления поддержки Украины в мире софта — от украинских DDoS-сервисов до того, что Firefox исключил "Яндекс" из средств поиска по умолчанию;

- инициатор списка утверждает, что ни он, ни составители "не вносят политическую окраску в происходящее" (несмотря на формулировки вроде "военные действия" и листа "Одумались" для тех, кто отозвал изменения);

- АНО с портретом Путина на главной странице берет оттуда ряд проектов, чьи авторы поддержали Украину, и составляет из них список "скомпрометированных библиотек" (добавляя туда проекты, библиотеками не являющиеся — например, сайт клавиатурного тренажера);

- список включается в письмо на имя Чернышенко вместе с предложением "поддержать отраслевую инициативу" по хранению стабильных версий этих библиотек на ресурсах компании, гендиректор которой знаком с гендиром АНО по прежнему месту работы;

- и это все через выходные после того, как Минцифры в ответ на то, что мы обнаружили неисполнение их поручения по отвязке от внешних ресурсов, сообщило о трудностях с поиском подрядчиков.

В полном решении суда есть фраза, которая потенциально может служить послаблением для рядовых пользователей Instagram и Facebook:

«Данные меры судебной защиты не ограничивают действий по использованию программных продуктов компании Мета физических и юридических лиц, не принимающих участие в запрещенной законом деятельности».

Что считается «использованием» и будет ли конкретно ваше использование считаться незаконным — не решусь объяснять. До публикации мотивировочной части юристы объясняли нам, что, скорее всего, пассивное чтение ленты будет приемлемо, а постинг «не на отвлеченные темы» — нет.

Ждём прецедентов; параллельно думаем, как мы вообще здесь оказались.

Гитлер может спать спокойно: клерк Тверского суда Москвы защитил его персональные данные!

(Из ранее закрытого, но теперь неожиданно опубликованного решения о запрете Facebook и Instagram в России как экстремистских.)

В своём твиттере я всегда ограничивался формальным описанием Роскомнадзора как «медиарегулятора» — неважно, что в этом же предложении я писал о блокировках честных СМИ, убийстве свободного доступа к интернету или фриках среди их судебных экспертов.

Сегодня я плюнул и написал «цензор». Не пытаетесь даже придумать какое-то оправдание своим действиям, даже сослаться на какой-нибудь завалявшийся закон, при этом уже угрожаете «определением степени ответственности» — ну и получайте соответсвующее описание.

А интервью с президентом Украины Владимиром Зеленским уже доступно на «Медузе» и в прочих местах — но не на “Ъ” (надеюсь, пока что).

Российские госсайты подгружают шрифты через Google Fonts — спустя две недели после того, как они должны были убрать внешний код

В начале марта Минцифры поручило отвязать сайты государственных органов от внешних ресурсов сторонних компаний. Мы решили проверить, было ли это сделано, и увидели на отдельных сайтах целый зоопарк зависимостей. Минцифры, что примечательно, оправдывает неисполнение своего же поручения проблемами с поиском подрядчиков.

Особой любовью среди вебмастеров, на чьих сайтах был замечен код с иностранных серверов, очевидно пользуется Google Fonts. И это несмотря на то, что ещё недавно, во времена борьбы с Telegram, сервис был задет ковровой блокировкой Роскомнадзора.

Reuters распространяет среди корпоративных клиентов не только свои новости, но и материалы других СМИ и агентств: DPA, PA Media, CNBC — всего около 90. Сегодня из этого списка вылетел ТАСС, соглашение с которым было подписано в 2020 году.

Это не первый случай с начала военных действий на Украине, когда зарубежные компании прекратили релицензировать ТАССовский контент: ранее о разрыве соглашения сообщила фотослужба Getty Images.

Кстати, как сейчас у российских госСМИ дела с лицензированием контента AP, Reuters и т.д. для себя? Еще в августе 2021 года RT была уличена за прифотошопливанием автоматов к рюкзакам беженцев из Афганистана (пытались оправдаться, что это сарказм!). Все известные мне контракты на лицензирование редакционных фото запрещают манипуляцию.

Кто ожидал мотивировочную часть решения по объявлению Meta экстремистской организацией — можете не ждать. Суд сослался на положение закона, запрещающее публиковать судебные акты по делам, "затрагивающим безопасность государства".

Я ещё в первом посте в этом канале говорил, что планирую писать здесь в том числе об истории технологий. Не рассчитывал, что начну с сообщений о разрушении музея компьютеров в Мариуполе вместе с домом его куратора…

«Все что осталось от моей коллекции, которую я собирал 15 лет — это лишь обломки воспоминаний на странице ФБ, сайт и радио станция музея. Я постараюсь и дальше поддерживать сайт и радио RetroBit, но жизнь теперь будет иметь совершенно иные приоритеты»,— указано на странице музея в Facebook* (узнал через ЗаТелеком).

Согласно сайту, коллекция собиралась с 2003 года и насчитывала более 500 экспонатов, начиная с 1950-х. Очень много советских машин, дорогих артефактов вроде компьютеров от Silicon Graphics.

*) вынужден указывать, что Meta и Facebook были объявлены экстремистскими и запрещены.

Проблема с тем, что для значительного числа людей "официальный" — это синоним "достоверный" (а "отрицает" — синоним "опроверг"), была еще задолго до нынешней жести, особенно среди журналистов в регионах.

Читая очередное обоснование уголовному делу за журналистскую работу, которое сводится к "это ложь, потому что мы так сказали", понимаю: либо в какой-то момент эта пара синонимов сломается об реальность, либо окончательно закрепится в массовом сознании.

Последнего исхода я не прощу самому себе.

Мы с коллегами уже писали, что то, как "ВКонтакте" реализовал импорт фотографий из Instagram*, вызывает вопросы у юристов и в целом относится к серым практикам. Ответа от Meta* мы тогда не получили.

Зато сейчас "ВКонтакте" заявляет, что Instagram мешает им скрапить фотографии. Тех, кто понимает, как на эту практику смотрят любые ресурсы в интернете, особенно крупные, могли предвидеть это.

Один, пока ещё лично не проверенный мной плюс в этой истории: российский сервис таки допилил возможность загрузить в него официальный архив из Instagram.

*) вынужден указывать, что Meta и Instagram были объявлены экстремистскими и запрещены.

Пока мы в восемь рук пытались разобраться, что же на практике значит решение объявить Meta экстремистской (с подвывертом в сторону WhatsApp), Роскомнадзор сам уточнил некоторые моменты — по логотипам и по "приземлению".

Но тем не менее: мы — каждый из нас, и отдельно бизнес с инвесторами — опять на неизведанной территории. Юристы разводят руками и призывают не сильно надеяться на то, что было сказано прокурором во время заседания (про "неэкстремистское" использование через "технические средства").