Возможно, вы слышали краем уха (а, если вы целенаправленно читаете меня на «Коммерсанте», то и не краем) о несколько дней тянущейся истории с удалением — а затем восстановлением — доступа к расширениям для обхода российских интернет-блокировок для браузера Firefox в РФ. При этом я должен признать, что половина интересности истории — в том контексте, в котором существует разрабатывающая Firefox организация Mozilla. Попробую хотя бы частично дать его здесь.

Для современного пользователя интернета в своей массе, особенно в России, Firefox — это какое-то недоразумение из конца 2000-х с долей рынка в единицы процентов, которое в нужный тебе момент будет криво отображать нужный тебе сайт. (Вина и на разработчиках, создающих сайты под дуополию Chrome и Safari, и на медленном принятии современных веб-стандартов со стороны Firefox.) В мире и в американоцентричной его части ситуация, в общем, такая же. Пользователь Firefox — это по большей части человек идейный, и идея его — stick it to the man в лице Google, Microsoft и прочих бигтехов.

В какой степени Mozilla независима от бигтеха — вопрос интересный. У организации прикольная структура управления: «фонд Mozilla» пользуется всеми благами НКО, поддерживает сообщество и занимается активизмом, а принадлежащая ему «корпорация Mozilla» — разрабатывает браузер в том числе на деньги Google. Но даже с такими спорными, с точки зрения идеалистов, контрактами Firefox — «наименее неэтичный» выбор из крупных браузеров, просто по признаку того, что это не продукт одной конкретной крупной компании. А еще людям прикольно поддерживать отстающего, особенно учитывая, что он — единственный из оставшихся браузеров на ПК, не находящийся в зависимости от кода, разработанного в рамках Chromium.

Теперь возвращаемся к ситуации: вот эти люди, публично провозглашающие (в целом манифесте!) свою поддержку права на свободу мысли, права пользователя решать, что именно ему смотреть в интернете, берут и закрывают доступ к расширениям с ровно тем же предназначением. Устремившись в этом действии вперед Google и Microsoft, от которых, в общем-то, ожидаешь, что они свою маму продадут за пригорошню персданных. В итоге после того, как историю описал The Intercept, на конкретном, четко выраженном поле преимущественно американского техноактивизма случился ад. Дошло, в конце концов, до Джейми jwz Завински, который, собственно, стоял у истоков Mozilla и не дал коду браузера Netscape застрять в правовом лимбо.

Я, конечно, задаюсь вопросом: в какой степени на (по-человечески надеюсь) финальное решение Mozilla повлияли жалобы разработчиков и запросы всяких Russian business daily, а в какой — внимание техноактивистов той страны, где, собственно, организация и зарегистрирована? Тех же разработчиков, судя по всему, и с изначальным объяснением морозили, и в последующем поставили позади прессы. Я не могу отмахнуться от, в общем-то, банальной мысли, что потребности людей, поддерживающих браузер в России или для России, были здесь вторичны антикризисному пиару на родине. Ну и лишнее напоминание, что corporations aren’t your friends, даже если они маленькие и под крылом нон-профита.