«Армения стала огромной тюрьмой»: Ваге Ованнисян — о словах Яна Чарногурского, деле Царукяна и шансах на вступление в ЕС

Эксперт группы «Альтернативные проекты» Ваге Ованнисян комментирует недавнее заявление бывшего премьер-министра Словакии Яна Чарногурского, оценивает перспективы Армении в ЕС и ЕАЭС, а также анализирует судебные процессы над оппозиционерами, в первую очередь — дело Гагика Царукяна.

— Бывший премьер-министр Словакии Ян Чарногурский, известный во всем мире юрист и правозащитник, в недавнем интервью высказал довольно жесткую мысль. На вопрос, может ли Армения выйти из ЕАЭС и вступить в ЕС, он ответил: «Конечно, выйти из ЕАЭС она может, но идея вступления в ЕС выглядит смехотворно… Когда в Армении сажают в тюрьму оппозиционеров и их лидеров, для политики Европы это непонятно. Как Армения может вступить в ЕС при такой политике? Пока представители оппозиции остаются за решеткой, у Армении нет шансов на вступление в ЕС. То, что сегодня происходит в Армении, вызывает недоумение у любого европейца». Как вы оцениваете эти слова?

— Ян Чарногурский — человек, которого трудно заподозрить в симпатиях к ЕАЭС или в антиевропейских настроениях. Он всю жизнь занимался правом и правами человека, и его оценка — это не политическая пропаганда, а констатация юридического и морального тупика, в котором оказалась Армения. Он говорит простую вещь: Европа — это не только рынок и инфраструктурные фонды, это прежде всего определенный набор правовых и политических стандартов. И если ты сажаешь за решетку оппозиционеров и их лидеров, ты не можешь одновременно просить билет в этот клуб. Это взаимоисключающие вещи. Поэтому его слова — не про Армению как страну, а про нынешнюю армянскую власть и ее политику.

— Вы в своем комментарии пошли еще дальше, заявив, что «Армения стала огромной тюрьмой». Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду системный, а не единичный характер происходящего. Речь не об одном громком деле и не о двух арестах. Речь о бесконечных уголовных делах, постоянных арестах, публичных обвинениях и их стремительной реализации. Это превращает Армению в гигантский концентрационный лагерь — метафора, но она точно передает ощущение людей. Какая Европа, какой цивилизованный мир, какая демократия? Мы имеем расколотое, разобщенное общество и власть, которая говорит с политическими оппонентами исключительно на языке арестов. А правоохранительная система исполняет ее любые приказы.

— Вчера команда юристов обнародовала материалы по делу Гагика Царукяна. Как вы оцениваете эту ситуацию?

— После этих материалов невозможно представить, как может продолжаться судебный процесс над Гагиком Царукяном. По сути, есть лишь один логичный следующий шаг: мера пресечения в виде ареста должна быть немедленно отменена, фигуранты дела — вернуться к нормальной жизни, а справедливость должна быть восстановлена в рамках судебного разбирательства. Точно в таком же состоянии находятся дела и многих других оппозиционных деятелей: они разваливаются и лишены оснований, но при этом отравляют людям жизнь, ломают судьбы и отсекают от общественной деятельности множество способных людей.

— Что должно измениться, по вашему мнению?

— Этому должен быть положен конец. Нынешние злоба и вражда должны быть искоренены. Нельзя допустить, чтобы они перекинулись на завтрашний день — это не может отвечать ничьим интересам. Тот, кто это осознает, разделяет общее понимание ситуации и находит основу для совместной работы. Нельзя прикрывать оппозиционное противостояние удобной ширмой обвинений в разграблении. Настоящие грабители живут себе спокойно и помалкивают, оставаясь безразличными к проблемам и боли страны.

— Вы приводите в пример именно Гагика Царукяна. Почему?

— Потому что это самый показательный случай. Он никогда не занимал государственных должностей, не выделял себе бюджетных средств и не получал подарков за счет государства, а также не имел рычагов для присвоения государственных или общественных активов. Он либо создавал предприятия с нуля, либо брал в управление разрушенные, разграбленные объекты и превращал их в производства мирового уровня. Когда такого