Yanina.simplex

Интересный художник, о котором я раньше не знала, судя по всему, уже классик франзузской сцены. Мишель Блази(Michel Blazy)
Работает с природными материалами, создавая из них тотальные инсталляции, которые саморазрушаются или деформируются на выставках, он часто что-нибудь выоащивает, плесень, расстения. Как правило, он проявляет некие естественные свойства материала, которые в его проектах раскрываются по-новому. Больше других понравилась его инсталляция Bouquet Final, 2012. В основном она описывается, как метафора перепотребления, но мне нравится думать, что это скорее пена дней, тщета жизни, что-то вообще про время, а не про конкретные социальные пороки. Суть в том что насосы делают пену, пока та, не полезет такими красиввми буклями во все стороны, к вечеру воду собирают, и на утро повторяют цикл, и так каждый день во время выставки.

Параджанов рисовал и в тюрьме. Рисунки изрядно мрачные, что понятно. Но в них чувствуется тоже тяга к жизни и отсутствие смирения.
Бунт Параджанова против советской власти был такой простой и безхитростный, что и сейчас кажется чем-то сумасбродным, а тогда, думаю, так вообще. Человек без тени страха или инстникта самосохранения. Или просто с большим сердцем...
В Украине говорить и снимать на украинском так же естественно, как в России снимать на русском. Выгнать красных комиссаров из кино. Вырыть могилу соцреализму.. В общем эх. ладно. Грустная, же говорю, история.

Вчера, оказывается, был день рождения Сергея Параджанова. А ведь одним из самых сильных впечатлений прошлого года был музей Параджанова в Ереване. Человек- фонтан, которому советская система перекрыла таки воду. Но его энергии было так много, что это произошло не сразу. Такой он многодельный и избыточный, жизнь его переполняла, витальность видится во всём, что он делал. А так же юмор, нежность и страсть. Между прочим, вспомнила, что когда только узнала о его графике и ассамбляжах, мне было лет 20, он меня почти раздражал этой неуёмной тягой украсить всё на своём пути. Эта любовь к тряпочкам и всему экзотическому и блестящему так сильно напоминала мне мои попытки в детстве украсить бедную постсоветскую скудную визуальность хоть чем-то интересным, например хламом, найденным на помойках, что казалось пережитком нищенского существования. Какой-то безвыходностью веяло от этих коллажей из журналов Огонёк. Но сейчас я вижу в этом гигантскую силу и превосходство над реальностью.