этот отпуск отличается тем, что я могу разреветься почти в любую секундочку. так что эту берлинскую неделю опишем списком мест, где было вайбово поплакать:

— в баре какой-то милой женщины, которая продала мне кока-колу и винную тарелку, чтобы я могла зарядить телефон
— на кухне, пока в ванной сантехник чинит кран
— в антракте спектакля, который к слезам никакого отношения не имеет
— на террасе, глядя на звезды и слушая в наушниках какой-то тупейший трек
— в вагоне метро, который везет туда, где очень хотелось быть

пытаюсь ли я вызвать жалость этим текстом? да, пожалуй, да, но, честно сказать, что плохого в жалости? я много думаю про (ебучую) внутреннюю опору последнее время и считаю, что её не существует и не надо её искать. нет смысла ждать от себя готовности со всем справляться стойко. даже с тем, что ты выбрал(а) сам(а).

в танцах иногда, чтобы оказаться в кардинально другом положении, нужно полностью рухнуть на пол и оттолкнуться. иногда это больно — ну и пускай, можно не делать вид, что ты в порядке — ты ведь не на сцене (хотя с популяризацией социальных сетей жизнь все больше стала похожа на сцену, но это уже другая тема)