Фем #минамили
Мне это не нравится, но у меня нет сил переписывать, так что пусть будет
Комнату наполняет аромат табака, каких-то специй которыми пропахла вся Джамиль и запах жасмина, парфюма Минаджаэль.
Джамиль от Минаджаэль отстраняется, дышит тяжело, даёт себе несколько секунд мыслями собраться, тянется кальяну, затягивается, густое облако дыма вырывается из её припухлых губ, выдыхает она прямо в лицо партнёрша. Дым полупрозрачной пеленой окутывает её лицо, переплетается с тёплым светом ламп и бесследно исчезает.
Минаджаэль хмурится, брови выгибает, а Джамиль смеётся, искренне так, по-настоящему. За смехом этим горечь скрывается, но сегодня ей не до этого, она каждый раз все печали оставляет за пределами этой комнаты, когда её порог переступает. Проблемы там, где социальное неравенство, где Калим, где запреты семьи Асим. А тут только Минаджаэль.
Только она и больше никто. Джамиль ещё раз затягивается, на этот раз просто в губы девушке выдыхает, она морщится, но целует, прижимается своей грудью к груди Вайпер, и целует, целует, целует, как будто навсегда оставить её здесь хочет, там, где их обеих никто не контролирует. Где они обе абсолютно свободные девушки.
Джамиль в этот самый момент бёдрами двигает, о страпоне внутри напоминает, Минаджаэль ахает несдержанно прямо в поцелуй, тянется руками к её плечам, царапает в отмеску. А Джамиль активно двигаться начинает, своей властью наслаждается, хоть где-то она может себе это позволить.
— Джамиль, не издевайся, — стонет Мина, ноги шире расставляет, вопреки своим словам, пыхтит, губы дует и брови хмурит.
— Я ещё не начинала, — смеётся Вайпер, за чужие бёдра хватается, и фрикции быстрее становятся.
Вместе с тем стоны Мины всё громче. Джамиль знает, что Минаджаэль на грани, она специально её оргазм оттягивает, клитора не касается, мучает её, чтоб знала. Что именно она должна знать Вайпер так и не решила.
Джамиль одну ладонь с бёдер на грудь перемещает, сосок меж пальцев прокручивает. Страпон почти выскальзывает из влагалища, и Вайпер одним толчком загоняет до конца. У Минаджаэль внизу смазка хлюпает, звуки громкие до безобразия, она отзывчивая и не сдерживается, только брови иногда хмурит, и Джамиль любуется.
С ней Вайпер хорошо. С ней она действительно удовольствие получает, саму себя не насилует, мозг отключает и позволяет себе наслаждаться. Секс не селфхармом становится, а правда приятным чем-то. Джамиль сама часто дышит, Минаджаэль снова целует, ладонь с груди к клитору возвращается, Тилраджа дрожать начинает, имя партнёрши шептать, а Джамиль секундной властью над ней упивается.
У неё ноги дрожат, она хнычет, кончает с голосистым стоном, влагалище пульсирует, от страпона внутри дискомфортно становится. Джамиль, так и быть, вынимает, волосы сначала свои со лба убирает, пучок её давным-давно развалился, она снова накручивает волосы, закрепляет наспех, пока Минаджаэль глядит на неё уставше.
Джамиль ещё не кончила, а ей уже хорошо. От власти, от чувств переполняющих, от того, что это её желание. И всеми остальными её желаниями тоже интересуются. Особенно хорошо она в этом убеждается, когда, разобравшись с ремешками от страпона, обнаруживает себя между ног голову Мины. Она едва от оргазма успела отойти, её ещё потряхивает, но она настойчиво чужие ноги разводит и меж них устраивается.
— Куда лезешь? — как-то слишком резко спрашивает Вайпер, не привыкшая что о ней думал кто-то.
И не просто кто-то, а принцесса!
Вот всегда так. Всегда у Джамиль в жизни люди выше её по статусу. В голове нежданно возникает образ Калима, который сам к ней тянулся. Внезапно и всё тело мурашками покрывается, ей неуютно так становится, её Минаджаэль зовёт, а она не слышит.
— Ты против? — Минаджаэль серьёзнее спрашивает, взгляд от вагины отводит и Джамиль в лицо глядит.
Вайпер тотчас её волосы расчёсывать руками начинает, пряди сквозь пальцы пропускает, вдыхает аромат жасмина, затем снова к кальяну тянется. Медленно втягивает, на мгновение задерживает его во рту, затем выпускает его тонкой струёй. Повторяет манипуляцию, снова затягивается, мысли все отгоняет.
— Не против. Давай, — и сама ноги разводит, улыбается хитро, Мине согласие даёт.
Только ей его даёт, только ей можно редкие порывы уязвимости видеть. Джамиль и от неё бы предпочла скрыть, да только слишком уж это сложно, когда внутри неё так много чувств. А, ну и язык Минаджаэль тоже в ней. Так, по мелочи.
Джамиль снова к кальяну тянется, пока Тилраджа ей отлизывает.
