ᅠ
Лишь убедившись, что непосредственная опасность миновала, Никсав осторожно убрал крыло и быстрым, цепким взглядом осмотрел сестру с головы до ног. Ни крови. Ни порезов. Ни единой царапины. Только после этого он позволил себе взглянуть на собственное крыло.
Левая перепонка выглядела ужасающе. Сквозные рваные отверстия, пропитанная кровью шерсть и медленно стекающие по лапе алые капли красноречиво говорили сами за себя. Спину тоже зацепило, но значительно слабее. От вспышки боли мышцы непроизвольно дрогнули, и из-под прижатой ко рту ткани сорвался едва слышный болезненный стон. Хотелось рухнуть на колени, однако времени на подобную роскошь попросту не существовало. Нужно было добраться до причала. Пока дым ещё держался.
Несколькими короткими жестами Никсав указал на лекарскую сумку Рэйби, затем на бинты и ткань, которую всё это время удерживал у морды. Сестра мгновенно поняла его замысел. Быстрыми, уверенными движениями она закрепила плотную ткань бинтами, превратив её в надёжную маску, которая больше не могла соскользнуть даже во время бега.
Освободив вторую лапу, Никсав молнией метнулся к двери камеры. Здоровая конечность нырнула под густую шерсть на груди, к самому воротнику, где ещё задолго до появления "лекаря" была спрятана маленькая кованая отмычка, заранее извлечённая из фальшивого золотого клыка.
Замок сопротивлялся всего несколько мгновений. Затем внутри раздался долгожданный сухой щелчок. Решётка поддалась.
Брат и сестра бесшумно выскользнули в окутанный дымом коридор. До свободы оставалось совсем немного, однако Никсав неожиданно замер возле распростёртого без сознания командора.
Всё это было затеяно не только ради побега.
Одним стремительным движением коготь перерезал ремешок на поясе Буббы. В лапе вампира оказался Золотой Компас Путеводитель — легендарный артефакт, единственный во всём Карибском море. Говорили, что он неизменно указывал мореходу верный путь, помогая обходить свирепые шторма, смертельно опасные рифы, морских чудовищ и любые ловушки, подстерегающие в открытом море. Теперь эта реликвия принадлежала только им. Командор же остался лежать без сознания, лишившись не только своего сокровища, но и немалой части офицерской гордости.
Post #209
29