rest 𓆩⸸𓆪 Ｈｉ𓆩⛧𓆪: “🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟 ────────────────────── Едва до чуткого слуха Никс…”

🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

──────────────────────
Едва до чуткого слуха Никсава донёсся резкий, пронзительный свист стремительно приближающегося снаряда за узким окном, перекрытым толстыми железными прутьями, вампир мгновенно сорвался с места. Казалось бы, слишком рано. Вонючий горшок ещё даже не успел влететь внутрь камеры — к чему такая спешка? Но именно в этом и заключался весь расчёт. Никсав прекрасно понимал цену даже одного потерянного мгновения и не собирался отдавать чужую судьбу на волю случая.

В тот самый миг, когда глиняный снаряд, брошенный их заранее подготовленным сообщником, скрывавшимся где-то среди городских улиц, пролетел между прутьями решётки, вампир уже оказался рядом с Рэйби. Не раздумывая ни секунды, он широким взмахом свободного перепончатого крыла полностью закрыл сестру собой, принимая возможный удар на собственное тело. Второй лапой Никсав продолжал крепко прижимать влажную ткань к морде. Не из страха, а потому что именно так всё и было задумано с самого начала. Совсем скоро весь тюремный блок должен был захлебнуться удушливым дымом, и терять сознание он не собирался.

В следующую секунду глиняный сосуд с оглушительным треском разлетелся о каменный пол камеры.

Во все стороны градом брызнули острые, как битое стекло, осколки. Они беспощадно полосовали всё, что попадалось на пути: высекали искры из каменных стен, впивались в деревянные балки, рассекали плоть. Несколько крупных обломков глубоко распороли левую перепонку крыла Никсава, оставляя рваные кровоточащие дыры. Более мелкие осколки болезненно прошлись по спине и предплечью, однако вампир даже не дрогнул. Всё это уже не имело значения. Главное — ни один осколок не коснулся Рэйби.

Почти одновременно с этим густой едкий дым стремительно расползся по камере, а затем плотной серо-жёлтой пеленой хлынул в коридоры темницы, за считанные мгновения заполняя весь тюремный блок.

Пять... может быть, десять секунд — и началось.

Стражники один за другим зашлись в тяжёлом кашле, хватаясь за горло в отчаянной попытке вдохнуть хоть немного чистого воздуха. Кашель быстро сменился хрипами, ноги перестали удерживать собственный вес, и вскоре гвардейцы тяжёлыми тушами повалились на холодный каменный пол. Следом рухнул и сам командор Бубба. Никто не погиб. Удушливый дым лишь на время лишил их сознания. Этого было более чем достаточно.