Вслед за Хайдеггером, мы привыкли повторять, что «в сущности технологии нет ничего технологического». Но иногда хочется добавить: «… и человеческого тоже!» Некоторые варианты использования биометрических систем придуманы как будто, чтобы иллюстрировать этот тезис.

Особенно ярко это проявляется в области миграционной политики. Например, из-за того, что в 2002-2014 годы Дания содержала военный контингент в Афганистане, ей пришлось столкнуться с потоком беженцев из этой страны. Для получения убежища кандидату должно быть не больше 18 лет, иначе она/он не попадает под действие закона о защите несовершеннолетних.

Помимо прочих инструментов для установления возраста кандидата используется face recognition. И вы не представляете, но она существенно чаще выдает именно 19 лет! Причем о точности оценок алгоритма говорить не приходится. Были случаи, когда близнецам в 2017 году присваивался разный возраст, а один датский журналист оказался, по мнению алгоритмов, в списке афганских террористов. К тому же вердикт машины используется как окончательное решение, которое не может быть оспорено даже документами и заверениями близких родственников.

«Тело никогда не врет» – отвечает миграционная служба, воспроизводя колониальную максимуму. Однако тут стоит вспомнить, что обучение алгоритмов выстраивается на схожем материале. Производители технологий по распознаванию лиц не стесняются, когда говорят, что для того, чтобы, например, отличать азиатов, машину нужно сначала натренировать на азиатах, и так далее. На что натренирована датская система распознавания лиц и определения возраста среди афганских подростков, если она помогает отказывать в убежище? "Все выводы на нашем канале вы делаете сами".

Вот тут кстати можно почитать о «суровых» законах, которые вводились в 2018 году в Дании по отношению к мусульманским гетто.