Третья часть миленьких Сюэи/Моцзе

Очнувшись, первым, что он почувствовал, была пронзающая боль. Через пару секунд он даже понял, что болит у него щека, а не всё тело. Прогресс. Оттолкнувшись руками моментально поднялся с мягкой поверхности, на которой лежал. Сил на то чтобы встать не было, но сидя он уже чувствовал себя уверенее. Вскоре взгляд прояснился, и он понял, что в среде находится совсем не враждебной. В помещении было светло и тепло, даже немного душно. Справа от него распологался низкий столик с чайничком и чашками, а на стенах весели веера с особыми даоскими символами и развёрнутые свитки.
— ох, вы наконец проснулись. — прямо напротив юноши сидела знакомая добрая жрица, что днём указала ему дорогу до остановки. Правда он так до неё и не дошёл... — как себя чувствуете?
Чуть потеряный, он ответил с лёгким торможением:
—...нормально. — Через секунду после юнец уже пожалел об ответе, посчитав его слишком грубым.
Будь это обычное нападение, он бы быстро оклемался, но сейчас ему пришлось столкнутся с чём-то нереальным. Он начал задумыватся, не бредит ли.
— я хотел спросить-
Дверь,которую он до этого и не замечал, отъехала в сторону, и в комнату зашли ещё два человека. Одну он узнал сразу — Сюэи, желавшая его прикончить, но по итогу спасшая. Со второй же возникли проблемы. Старушка показалась одновременно и грозной и милой.
Его одноклассница сейчас выглядела на редкость тихо. Тоесть, нет, тихой она была всегда, но сейчас казалась какой-то...подавленной? Впрочем, это секундное наваждение прошло, стоило ему увидеть из-за спины бабушки еë убийственный взгляд.
— Ханья, ты обработала рану? — голос пожилой дамы оказался приятным, не режущим слух. Она медленно опустилась за стол, даже в этом жесте показывая отточеную годами грациозность.
— да, бабуля.
Теперь то всё встало на свои места. Конечно, вряд-ли бы эти двое стали работать в храме по своей воле. А вот по указке бабушки — вполне. Когда оставшиеся два человека тоже уселись за стол, на пару секунд повисла тишина. Все взгляды были прикованы к нему — как будто бы ждали, что Моцзе сам начнёт разговор. В итоге, начала его всё же бабушка двоих сестёр.
— и так, Моцзе...


Тащить на спине сверстника было не простой задачей. В темноте весенней ночи, она выглядела как киллер, успешно уничтоживший жертву. На деле же пыталась спасти бедолагу.
От того как быстро она сейчас доберётся прямо пропорционально зависили шансы парня на выживание. А потому Сюэи уже через две минуты оказалась у храма, хотя в любой другой раз путь занял бы как минимум минут 10. Практически с порога её встретила недовольная бабушка и напуганая сестра. И правда, куда это она сорвалась? Ещё и вернулась в темноту. Но гнев старушки быстро покинул её, стоило увидеть обездвиженного юношу на спине внучки. Сестрица заполошилась, по приказу бабушки перехватывая тело, и помогая Сюэи донести его до приёмной. Первые несколько минут внутри прошли в беготне: ходили за настоями, бинтами, выясняли что за яд обездвижел Моцзе. За это время она успела выдохнуть, даже расслабится. Только вот зря.
— Сюэи, — голос бабушки, в одно время родной и такой пугающий, прозвучал за еë спиной. — пойдём.
Девушка лишь смиренно кивнула и поплелась следом за хозяйкой храма.


— тоесть...их мир совсем рядом?
— верно. Если бы не пелена — был бы буквально в двух километрах. — спокойно откликалась госпожа Амори (как он понял из их семейных разговоров, её именно так и зовут), отпивая крепкий чёрный чай с бергамотом.
— в двух километрах...в двух километрах от чего?! — на это умная старушка только пожала плечами.
Этот вечер стал для него полным шокирующих событий. Сначала Моцзе узнаёт о том, что совсем рядом с ним живёт целый другой вид, а потом ещё и то что они могут запросто прорваться к людям, стоит пелене чуть ослабнуть. Семья Амори же, как ему стало известно, уже не первое поколение берёт на себя роль стражников, зачищая участки, где появляются духи.
— и так, Моцзе. Готов ли ты сохранить тайну, что мы тебе поведали? — голос старушки звукал крайне серьёзно, а двое жриц за её спиной уже были готовы напасть в случае отказа.