Сгорбившись у стола, Скэриэл усердно переписывал в третий раз реферат. Гедеон в каждой попытке находил изъяны и иногда силой заставлял писать всё заново. Лоу мог лишь вздыхать, в плане обучения к Гедеону стоит прислушаться.

​Когда за дверью раздались шорохи, Скэриэл недовольно поднял глаза на часы. Почти двенадцать. За писаниной он и не заметил, как прошло время.

​Звуки усилились, и Скэриэл, устало вздохнув, поднялся со своего места, натягивая на лицо улыбку. Меньше всего ему хотелось сейчас шумной большой компании.

​Открыв дверь и приготовившись к громким поздравлениям, Скэриэл вовсю улыбался, но улыбку быстро сменило искреннее удивление, когда на пороге он разглядел лишь одного Хитклифа.

​Тот неуверенно мялся в проходе, не ожидая, что дверь откроют так быстро. В руках он держал абсолютно белый торт, а на кисти висел, с виду достаточно тяжёлый, пакет.

​— С днём рождения? — неуверенно произнёс Хитклиф, улыбаясь.

​— Ещё рано, Готи, — прыснул Скэриэл, затаскивая парня внутрь. — До моего дня рождения ещё минут пять, но можем считать это ранним поздравлением. Ты один?

​— Как видишь, — ответил парень, опуская торт на рядом стоящую тумбу. — А что, предпочёл бы более шумную компанию?

​— Ни одна шумная компания не лучше твоей, Готи, — искренне произнёс Скэриэл, направляясь к торту и разглядывая его. — Но всё же интересно, почему другие не пришли на ночное поздравление.

​— Это я их попросил, — голос Готье донёсся с другого конца комнаты. Скэриэл не смел оборачиваться, дожидаясь последующих объяснений. Всё же он лучше всех знал, что глаза говорят больше слов. — Хотел в кои-то веки быть первым, кто тебя поздравит.

​Лоу не оторвал от белого торта взгляда, даже когда за спиной послышалось шипение. Обернуться пришлось, когда на плечо легла тёплая рука.

​— С днём рождения, Скэр. — Мягкая улыбка играла на чужом лице. Бенгальский огонь тёпло отсвечивал на чужое, светлое, словно снег, лицо, подчёркивая серые глаза.

​Скэриэл почувствовал, как сердце забилось быстрее. В этом поздравлении не было ничего необычного, но за конспектами и лекциями Скэриэл на миг успел забыть, насколько сильно на него действуют любые жесты Хитклифа. Насколько сильна его любовь и шаток контроль.

​Проморгавшись, он ощутил, как на собственном лице непроизвольно поднялись уголки губ. Лоу тоже взялся рукой за бенгальский огонь, медленно проводя большим пальцем по чужой ладони.

​— Спасибо, Готи, — сквозь улыбку произнёс тот. — Это лучшее поздравление за сегодня.

​Хитклиф закатил глаза, но в них не было и капли недовольства:
— Конечно, оно ведь первое.

​— Первое и лучшее, — повторил Скэриэл уверенно.

​Готье вновь встретился с ним глазами, и рука Лоу инстинктивно потянулась к чужой щеке. Замерев на миг и дождавшись немого одобрения, губы Скэриэла накрыли чужие. Бенгальский огонь, так красиво освещавший чужое лицо, погас, и Скэриэл отбросил его в сторону, пока его руки укладывались на талии Готье, притягивая его ближе. Готье и сам тянулся к нему, зарываясь пальцами в тёмные локоны.

​На жалкую секунду Скэриэл дал себе право раствориться в этом моменте. Забыть про академию, запретные земли, планы. В этот миг весь его мир сузился до Готье Хитклифа и его мягких губ.

​Когда они отстранились друг от друга, щёки Готье залил лёгкий румянец. Скэриэл не отводил самодовольный взгляд, наслаждаясь тем, что именно он стал причиной этого смущения.

​— Награду за лучший подарок тоже забираешь ты, Готи, — фыркнул Скэриэл, разглядывая пакет на другом конце комнаты. — Хотя, возможно, содержимое пакета составит им конкуренцию.

​— Вряд ли, — немного смущённо произнёс Готье. — Там только детали для украшения торта и шампанское.

​— Чего же мы тогда ждём? — игриво произнёс Скэр, направляясь к пакету.