Расчувствовался

Линч стискивает напарника в руках что есть мочи поднимает над землей, раскручиваясь вместе. Переполняющее чувство радости от того что они все ещё живы стало привычным после каждого задания.
Джон напуганно вскидывает брови и хватается покрепче, опасаясь упасть, что в конце концов действительно происходит. Егор переоценил свои возможности, однако вместо того, чтобы испытать раздражение, когда они вместе завалились на землю, он тихо рассмеялся, а шатен ненароком заразился его позитивом и сдержанно захихикал в ответ. Джон собирался подняться, но Линч потянул его обратно. И вновь прижал к себе, а пальцами зарылся в кудри. Джон падкий на прикосновения Линча всем телом сдался. Ткнулся носом в промежуток между плечом и шеей и вдохнул полной грудью запах, давно ставший родным.
Аккуратно подарил туда же поцелуй, и даже несколько, а журналиста пробило дрожью от щекотных касаний и завязывающегося узла где-то ниже. Уже сам Линч отрывает напарника от себя и волнисто улыбается, подталкивая встать наконец с земли.

—Всё, пора по домам,–уверяет, оттряхиваясь от пыли. Джон, только вошедший во вкус, фыркает в ответ. Встает на носочки, вешаясь Линчу на шею, и целует коротко несколько раз прямо в сомкнутые плотно губы—Джон, Джо-он!–ворчит Егор, но оттолкнуть навязчивого младшего от себя было бы слишком грубо. К тому же, Линч же сам его раздраконил.

Писатель отлично слышит его негодования, но предпочитает не замечать , кладя руки на бедра. Плавно ведёт выше, уже поддевает низ серой кофты, оголяя впалый живот. Егор оказывает хоть и малое, но сопротивление, упираясь задом в багажник машины, стоящей позади.

—Джон, ну всё!–упрямо схватив чужие запястья брюнет и строго смотрит.—Прекращай, нам нужно ехать,– обьясняет старший, смущенно заправляя кофту в джинсы.

Шатен меняется в лице, проскакивает обида в глазах, что сразу заставляет Егора почувствовать себя каким-то извергом. Следует тяжелый вздох, и журналист отпускает руки приятеля, чтобы взять его лицо и смазано чмокнуть не то в верхнюю губу, не то в нос.

–Дома..."поговорим",–Снисходительно улыбается Линч, закатывая глаза. Писатель мгновенно оживляется, с хитрым прищуром выгибая бровь.

—Дома?–

—Дома,–кивает Линч уступчиво.

На какие только жертвы не пойдёшь ради Джона.