🤩🔤he Winter Soldier.
⛔🤍p post w Sam Wilson.
🔤entry 2.
Серый бетон недостроенного элеватора держит дневную жару, как раскаленная печь, превращая воздух в дрожащее марево.
Солдат лежит на животе, вытянув тело вдоль бетонного парапета на третьем ярусе. Никакой оптики, только глаза. Оптика дает блики, а на таком солнце любой случайный зайчик – это раскрытие позиции.
Внизу, метрах в трехстах, у съезда на заброшенную промзону, стоит черный «Додж». Глаза фиксировали черную точку на безлюдном съезде, раскаленный капот и Уилсона, крутящего в руках ключ. На вид – обычный водитель, у которого повело крепление или потекла жидкость. Но Солдат видит размах плеч и то, как вес слегка смещен вперед, готовность к рывку за долю секунды. Параметры цели совпадают.
Протез Солдата работал на минимальной мощности, чтобы сервоприводы не издавали даже высокочастотного писка. Параметр задачи – доставить живым. Выстрел из крупного калибра по снаряжению на такой дистанции мог стать смертельным. Нужно было подойти ближе. Отрезать путь вверх. Вывести крылья из строя до того, как они поймают восходящий поток.
Внизу что-то меняется. Человек на капоте не дернулся, не обернулся, но его плечи едва заметно опустились, а левая рука скользнула к груди.
Заметил.
Солдат не шевелится. Взгляд остаётся прежним – холодным и сосредоточенным. Привычка выслеживать жертв подказывает: опытный пилот чувствует чужой фокус загривком.
Спустя секунду от заплечного ранца цели отделяется небольшая тень. Едва слышный ультразвуковой свист. Дрон. Малый калибр, сканирование сектора.
Засекут через четыре секунды.
Солдат отпускает винтовку. Бесшумный уход назад, на перекате, в тенистую глубь недостроя. Металлическая рука упирается в крошащийся бетон, оставляя на нем глубокие, серые вмятины. Когда красный луч сканера прочерчивает парапет элеватора, там уже ничего нет.
Солдат идет вниз по лестнице. Шаг – полная компенсация веса. Протез не издает ни звука, сервоприводы работают на тихом гидрорежиме. Через темное стекло очков видно, как над крышей элеватора механические крылья расправляются с тяжелым, сочным металлическим щелчком.
«Сокол» взлетел.
Он не набирает высоту – умный.
Держится низко, перерезая углы между заброшенными ангарами, чтобы не дать снайперу точной траектории.
Солдат срезает дорогу. Расчет простой: если цель теряет визуальный контакт, она идет по внешнему радиусу, проверяя высоту.
Тень накрывает его за секунду до удара.
Визг воздуха, резкий, хлопающий, как разрыв снаряда. Уилсон падает сверху, сложив крылья в жесткий клин, используя всю массу свободного падения.
Солдат успевает только вскинуть левую руку. Стальной щиток протеза принимает на себя удар титановой кромки крыла.
Уилсона отбрасывает инерцией, но он моментально разворачивается, используя силу размаха, и бьет ногой с разворота в челюсть. Солдат блокирует правой, перехватив голень, и с силой дергает цель на себя, намереваясь сломать колено.
Сэм реагирует мгновенно – вместо сопротивления он выбрасывает правое крыло вперед. Тяжелое металлическое перо со свистом режет воздух, заставляя Солдата разжать пальцы.
Уилсон тяжело дышит, на лбу блестит пот, очки сдвинуты чуть набок. Зимний сдерживается.
Маска глушит его дыхание. Левая рука сделала полукруг, проверяя суставы после удара титана. Пальцы сжались в кулак с коротким, тихим щелчком.
Металлическая рука метнулась вперед, перехватывая край правого крыла. Раздался скрежет сминаемого титана. Солдат не дает ему уйти, удерживая за крылья.
Зимний рванул титановое сочленение на себя, вжимая Уилсона в бетон.