Джереми просыпается перед рассветом, когда первые лучи бледного сероватого солнца еще только пробиваются сквозь бетонные опоры моста, выхватывая из темноты серые стены и влажную траву. Пробуждение приходит не резко, а плавно, вплетаясь в оглушительный, звенящий хор проснувшихся птиц, чье щебетание многократно усиливается бетонным эхом под сводами. Они звучат громко-громко, точно намеренно сражаясь разбудить, чтобы сообщить нечто важное. Ноздри улавливают запах Тины и гнили. Нокс чувствует как тело затекло — каждая мышца ныла от долгого пребывания в неудобной позе — как голова ощущается совсем свинцовой, но на удивление не чувствует озноба и пробирающего до костей холода как тогда, когда он засыпал. Эмоции улеглись и сейчас в его голове царила такая желанная пустота. Он еще не успел со сна сообразить где он и кто он, но ему снилось что-то хорошее в этот предрассветный час, поэтому пробуждение было в целом приятным.
Он медленно приоткрывает глаза, моргая, привыкая к полумраку, и первое, что он видит в этом предрассветном часу — темную ткань чужого пальто прямо перед собой и мокрая трава на которой они сидят. Его мозгу требуется некоторое время чтобы сообразить, что тут не так. Его глаза резко распахиваются, когда воспоминания вчерашнего одно за одним просачиваются в его сознание. Он сдался. Он хотел все бросить. Он оттолкнул Жана. Он вопил как полоумный. Он позволил себе самые темные и неприглядные мысли. Он не верил, что завтра наступит, или что они с Моро еще когда-нибудь увидятся. Но вот он здесь. Живой. Чувствующий. А под его ухом заполошно бьется чужое сердце.
— Жан?… — неверяще, хриплым со сна голосом спрашивает капитан. Этого не может быть. Скорее всего это плод его умирающего сознания.
#джережаны
#идеи