Холодный свет от настольной лампы падал на бумаги. Чертежи, расчеты. . . набросок на салфетке. Уильям часто писал на самых разных вещах, чтобы не позабыть свою идею.

В кабинете было холодно, градусов 17. Само помещение, обычно находившееся в кристальной, почти одержимой чистоте, сейчас выглядело неряшливо. Такое нередко приключалось, когда Афтон придумывал что-то воистину гениальное.

В дверь постучали — сначала робко, потом чуть увереннее. Ответа не последовало. Затем дверь открылась. Кто-то подошел к Уильяму сзади. Мужчина прекрасно знал, кто это. Понял еще с самого начала, с первого стука.

— Я же говорил — не мешать. Мне стоило объяснять еще доходчивее?

Голос его был полон глубокого раздражения.

— . . . Ты вечно со своими игрушками. Как ребенок.

Афтон резко поднял голову. Лицо исказилась в последней степени раздражения. Мужчина посмотрел на нее.

— Игрушками? О, ты так и не поняла, чем я занимаюсь, да?

— Ты не уделяешь мне внимания. Из-за тебя у нас чуть не погиб ребенок! Твою штуковины опасны, Уильям! Мне это надоело. Я ухожу. К тому, кто правда будет любить меня.

Уильям вернул взгляд к четрежам. Пару секунд просто писал что-то на полях, затем скучающим, глухим голосом ответил:

— Иди. Глупо было ожидать от тебя благодаразумия, КЛАРА.

Женщина наклонилась и постаралась заглянуть в лицо своего мужа.

— Мы разводимся, ты слышишь?!

— Я не глухой.

— Тебе настолько все равно, Афтон??!

— Прекрати орать. У меня болит голова от ваших криков.

Женщина стояла возле него 10 минут. Ждала, будто верный пес.

— Если ты закончила, то я попрошу не мешать.

МИССИС АФТОН выбежала, хлопнув дверью.

На следующий день, в час дня, Уильям стоял около входа в ЗАГС и курил. Дым от дорогой сигареты летел по ветру. Послышалось цоканье каблуков.

— Теперь мы никто друг другу?

— Да.

— И ты ничего не скажешь по этому поводу??

— Ничего.

Женщина топнула. Расстроенная и обиженная, ушла.

     🔤🔤🔤  🔤🔤🔤🔤🔤?

🤩🤩🤩 _ _ _ _ _ _ _ 🤩🤩