#разборки

концерт по заявкам продолжается.

прежде чем мы начнём, я попрошу вас зафиксировать своё внимание на двух концептах: «женские песни» и «снова первое», символизирующее здесь бесконечное возвращение в точку старта.

с чего и начинается стихотворение. настрой меня ниже на две тональности — к первому концепту. мысль изречённая есть ложь (а поэзия вдвойне), поэтому уместно говорить «не своим голосом», носить маску на несколько тонов ниже. оплетать реальность метафорами. далее идёт второй: и крысы, бегущие не с корабля, а назад, и первое (вставьте слово сами), означают возвращение (привет, улисс. и ницше тоже привет) в начало.

так что у нас там было в начале? слово, и слово было «ледок». мартовские лужи, пугающе ликёрные конфеты и школа в сентябре бывают только в детстве. по-детски сбивчивую и испуганную речь имитирует и третья строчка в строфе: мне с ликёром, она нельзя (что, конечно же, допускает и другие интерпретации, как верно отметила @raskolnikov_outside_officially )

из детства мы попадаем в юношество, акватория из лужи вырастает в море. не слишком доброжелательное, впрочем: на ужаленное место слетаются другие хищники. это медузы, жалящие буквально, и песни, делающие это фигурально. курсивом выделена строчка из «изольды» мельницы, и эта песня выбрана не случайно: парный ей «тристан» затерян в другом альбоме, сепарирован от неё, и предстоит ему путь домой (концепт 2).
про фиги и яблоки я писала в предыдущем разборе, так что останавливаться на них подробно не буду.

далее экспансия повторяется: тихий час расплывается Тихим океаном. это период летних вояжей, где мои персонажи были старше меня, следовательно, экскурсия в будущее (или прошлое? снова ко второму концепту). следующие строки очевидно ведут нас к образу русалочки, у которой, между прочим, не то что голос на две тональности ниже, а его нет вовсе (см. концепт 1).

финальная строфа — погружение, путешествие к рифам (рифмам?), вскрывание чакр. в комментариях к самому стихотворению есть пояснение образа оранжевого пиджака (и я с ним не согласна, на первую встречу с читателями приду в нём, скриньте).
второе деепричастие коррелирует с первым причастием из начала, возвращая нас туда (см.концепт 2), а также символизирует не просто добавочное действие, а ещё и то, что отошло на второй план. каюсь, это мой страх — остаться незамеченной, каюсь и пишу далее про стыд.

а усы? вернёмся к концепту номер 1 и вспомним «русскую рулетку» флёр: я смеюсь над собой, я рисую усы. с ней и происходит полемика. но не только: за усами скрывается целый акт развоплощения. в постановке «дон кихота», к которой я тоже в предыдущем разборе обращалась, главный герой рисует себе усы и бороду, чтобы стать рыцарем. получается, что стирание усов — это развоплощение обратно в алонсо кихано, во второе деепричастие.

так о чём это всё? если по верхам, то о памяти, о страхе, о ностальгии. если глубже, то про затерянность — водоем меняется, а рыба больше не становится. но мы можем возвращаться к истокам, какое-то время стоять на месте, и это способно сделать нас сильнее. сегодня я делюсь своими страхами, а завтра надеваю оранжевый пиджак.