© Афиней «Пир мудрецов»
Багой (древнегреч. Bagoas, персид. Bagāvahyā) - это не то имя, которое может одним из первых прийти на ум, когда мы говорим об Александре Великом. А между прочим, это достаточно интересный, хоть и загадочный и малоизвестный персонаж.
Багой, мальчик неземной красоты, был евнухом, придворным и фаворитом персидского царя Дария ІІІ, а позже стал любимцем Александра. Его роль и значение при дворе македонского царя до сих пор является предметом споров.
Багой упоминается в трёх сохранившихся источниках (не путать этого Багоя с другим евнухом, его тёзкой Багоем Старшим, который отравил Артаксеркса ІІІ, возвел на престол Дария ІІІ, после чего попытался отравить и его).
В «Сравнительных жизнеописаниях» Плутарха и у Афинея (которого процитировала в начале поста) Багой лишь кратко упоминается во время танцевального состязания, и только Курций Руф в своей «Истории Александра Великого» отводит Багою более значимую роль при дворе Александра.
Согласно Плутарху, Багой выиграл танцевальный конкурс на пиру в Кармании. Произошло это после тяжелейшего перехода через Гедросскую пустыню, во время которого погибла треть македонского войска. Александр и его воины веселились и снимали стресс, как могли:
…однажды, после того как [Александр] изрядно выпил, говорят, он пошёл посмотреть на танцевальный конкурс, в котором его любимец Багой, одержав победу, прошёл через весь театр в своем танцевальном костюме и сел рядом с ним. Это так обрадовало македонцев, что они громко потребовали, чтобы царь поцеловал Багоя, и не переставали хлопать в ладоши и кричать, пока Александр не обнял его и не поцеловал.
Единственное наиболее полное сохранившееся описание Багоя содержится в латинской «Истории Александра Великого» Курция Руфа римского историка I века. Объективность этого автора очень сомнительная, так как у него отношение к Александру предвзятое, он сосредотачивается на его деградации и иллюстрирует это рассказом о махинациях его евнуха Багоя. Багой описывается как «юноша-евнух в расцвете юности и красоты, которого любил Дарий, вскоре полюбил его и Александр». Он был передан царю высокопоставленным персидским полководцем Набарзаном. Последний участвовал в аресте Дария III, за что Александр хотел его казнить, но пощадил только благодаря тому, что Багой вымолил для Набарзана это помилование. Руф пишет, что Багой использует своё положение при дворе Александра как оружие для уничтожения своих врагов. По его словам, Орксин - сатрап Персиды, один из знатнейших персов, который вёл своё происхождение от Кира Великого, прибыл к Александру, когда тот вернулся из Индии в 324 году до нашей эры. Орксин назначил себя сатрапом в отсутствие царя, и теперь решил получить у Александра подтверждение его должности. Он одарил друзей Александра и его самого несметными богатствами:
Однако такое радушие варвара послужило причиной его смерти. Дело в том, что, одарив всех друзей царя превыше их собственных желаний, он не оказал никакой почести евнуху Багою, который своей развратностью привязал к себе Александра. Осведомлённый некоторыми, насколько Багой любезен Александру, Орксин ответил, что он угождает друзьям Александра, а не его любовникам и что не в обычае персов почитать мужчин, пороком уподобившихся женщинам. Услыхав это, евнух обратил своё влияние, добытое лестью и позором, против человека знатнейшего и невинного. Людей такого же рода, продажных и преданных ему, он научил ложным обвинениям, чтобы они сделали донос, когда он прикажет. Между тем ежедневно, оставаясь наедине с Александром, он нашептывал доверчивому царю на Орсина, скрывая причину своего раздражения, чтобы больше весу придать своим обвинениям ... Обвинение против него подготовлялось тайно, и он не знал о скрытой опасности, а презренный любовник, не забывая о клевете даже в момент страстных и постыдных переживаний, всякий раз, как возбуждал в царе страсть к себе, возводил на Орсина обвинение то в жадности, то даже в измене.
Уже доставлены были ложные доносы для погибели невинного ... Случилось так, что Александр приказал открыть гробницу Кира, в которой покоилось его тело, он желал воздать ему положенные почести. Он думал, что гробница наполнена золотом и серебром; такая ходила среди персов молва; но кроме полуистлевшего щита Кира, двух скифских луков и акинака он ничего не нашел. Возложив золотей венец, Александр покрыл возвышение, на котором лежало тело, своим любимым плащом, удивляясь, что царь, столь прославленный, обладавший такими богатствами, был погребен не с большей пышностью, чем простолюдин. Рядом с царём стоял евнух; обратившись к царю, он сказал: «Что же удивительного в том, что царская гробница пуста, когда дома сатрапов не могут вместить в себе вынесенные оттуда богатства? Что касается меня, то сам я этой гробницы раньше не видел, но от Дария слыхал, что здесь с телом Кира было положено 3 тысячи талантов. Отсюда и расположение Орсина к тебе: чем он не мог владеть безнаказанно, то обеспечил себе при помощи подарков». Этими словами евнух возбудил гнев царя, тем более что на помощь ему пришли подученные им люди. Уши царя прожужжали ложными наветами, с одной стороны Багой, с другой — его помощники. Прежде чем у Орсина возникло подозрение, что его в чем-то обвиняют, он был взят в оковы. Не довольствуясь казнью невинного, евнух убил его собственной рукой. При этом Орсин воскликнул: «Слыхал я, что когда-то Азией управляли женщины, но что ею управляет кастрат — это неслыханное дело!
Так пишет Курций Руф, по-видимому, желая оклеветать самого Александра. Сведения Арриана противоречат этому. Он пишет, что Орксин вовсе не был невиновным, многочисленные свидетели «уличили [Орксина] в том, что он грабил храмы и царские гробницы и несправедливо казнил многих персов». Особо тягостное впечатление на македонского царя произвел факт разграбления в Пасаргадах гробницы Кира Великого, которого Александр очень почитал. Согласно Арриану, по его приказу Орксин был повешен. Багой в этом всём вообще не участвовал.
Историк Уильям Тарн, ссылаясь на биографию Курция Руфа, отверг истории о Багое, сфабрикованные в древности с целью опорочить Александра. В целом, многими современными исследователями труд Руфа считается во многом вымышленным.
Автор знаменитый художественной трилогии об Александре Мэри Рено также заявляет о предвзятой враждебности Руфа к Александру:
«[Рассказ Руфа об Александре] искажен таким образом из-за обращения к афинской антимакедонской агитпропе, написанной людьми, которые никогда его не видели, и имеющей примерно такое же отношение к объективной истине, как и история еврейского народа, заказанная Адольфом Гитлером»