Россия вводит новый 1913 год
Большевики, как известно, все показатели и достижения сравнивали с 1913 годом. Естественно, экономике нужна некоторая точка отсчета. Но вот какая именно выбрана точка – вопрос во многом идеологический.
Сегодня в РФ таким базисным годом объявлен 2018-й. До вчерашнего дня считали от 2010. Официальное объяснение: изменилась структура производства, с 2016 года мы вводили новые классификаторы ОКВЭД-2 и ОКПО, переходный период в статистике закончен (всего за три года), да и вообще ООН рекомендует менять базисный год раз в пять лет, а мы уже затянули.
Сомнительно, чтобы рекомендации ООН имели для нас такое уж определяющее значение. Определяющее значение для нас имеют задачи, которые ставит высшая власть. А высшая власть в лице президента поставила задачу довести темпы роста российского ВВП, плохо отличаемые от статистической погрешности, до среднемировых. И вот для выполнения этой задачи все средства хороши.
Об одном из средств – рыночной продаже Сбербанка Фонду национального благосостояния с перекачкой 2,8 трлн. руб. мы уже писали. Но главный магический инструмент, конечно, - статистика.
При смене базисного года с тучного 2010 на тощий 2018 база понижается, а демонстрировать рост с низкой базы гораздо проще, чем с высокой. К сожалению, дела настолько нехороши, что и новая методика подсчета все равно пока что дает неутешительные результаты.
Рост промышленного производства в январе при расчете по новой системе весовых коэффициентов составил, в частности, в 2019 году 2,4% против 2,9 в 2018. Свежерассчитанные показатели января 2020 показывают рост производства на 1,1% год к году (в январе 2019 было 2,0%), а месяц к месяцу – падение на 17,3% (16,8% в 2019).
К тому же, новая система учета обнажила продолжающиеся негативные структурные изменения экономики. Вес добычи полезных ископаемых изменился с 34,3 до 39,7%, обрабатывающие производства, напротив, упали с 53,7 до 49,4, а в самой обрабатывающей промышленности значительно – с 17 до почти 23 процентов - поднялась доля пищевого производства.
Большевики были логичны, выбирая для сравнения последний предвоенный год - год предельного расцвета империи капитализма, с которой соревновался новорожденный социализм. Мы сегодня, по-видимому, тоже должны бы меряться не просто с годами, но с определенными экономическими системами.
Продуктивно сравнение с каким-либо из последних коммунистических годов – 89-м или 90-м. Продуктивно сравнение с финализирующим «лихие 90-е» 99-м или 2000-м. И 2010 год – год освоения прибылей предыдущего скачка цен на нефть и вхождения в новый виток роста – тоже осмыслен. Смысл сравнения с 2018 пока не просматривается, даже с точки зрения попытки построить наиболее радужную из возможных статистических картин.