ВЕКТОР КОМФОРТА: ПСИХОЛОГИЯ «КЛАНОВОГО ГОСУДАРСТВА»
Наша жизнь во многом определяется нашим детством: опытом и установками в нём полученными. Тогда же определяется и зона комфорта, из которой мы на самом деле никогда не выходим — речь сейчас не про привычную работу, удобный плед и отсутствие приключений, а про то, что мы считаем допустимым для себя, а что нет? и про влияние этих рамок на наше положение и наш статус в завершающейся управленческой эпохе.

Формальная логика учит нас, что есть две базовых позиции: кот Эрвина Шрёдингера жив, кот мёртв. Квантовая — что три: кот жив, кот мёртв, кот жив и мёртв одновременно. Системная сводит к 4 позициям: кот жив, кот мёртв, кот жив и мёртв одновременно, кота нет (не жив и не мёртв). 4 позиции в результате нашего действий могут быть детерменированы в три, две и в итоге — в одну позицию. Однако это работает только с системами, относительно которых мы можем позволить себе позицию демиурга — в мысленном эксперименте Шрёдингера позиция «кота нет» отсутствует по причине условия, что мы сами к коробку кота положили, чем детерминировали систему выступив по отношению к ней в роли демиурга… В глобальных процессах, на которые мы повлиять не можем, всегда следует рассматривать все 4 позиции.

1. «Кот жив». Зона комфорта таких людей определена одной точкой, и как следствие может за этой точкой смещаться, разумеется, постепенно. Этим людям не пришлось постигать в детстве «дзен взаимоисключающий параграфов», как следствие их взгляды способны морфировать, но постепенно и без нарушения собственных интересов. Именно в спорах между такими людьми может рождаться истина или хотя бы консенсус. Именно они являются основой ценностно-коммуникативных общностей при все немногочисленности последних.

2. «Кот мёртв». Иным же пришлось осваивать «дзен взаимоисключающих параграфов», их зона комфорта определена двумя точками, как правило взаимоисключающими — «быть сильной и независимой» и одновременно «быть слабой и покладистой», например. Такая зона комфорта жёстко зафиксирована, а человек становится «борцом», который основные силы и время тратит на защиту своих границ, при этом не столько от давления снаружи, сколько от разрыва изнутри. Встречаются в кланах, но в гораздо меньшей степени, чем первые, поскольку кажутся первым недоговороспособными носителями сверхценной идеи.

3. «Кота нет». Зона комфорта этой многочисленной группы не определена конкретной точкой отчего обладает высочайшей степенью мобильности и возможность фрагментации под внешним давлением, однако обладает устойчивым объёмом, что позволяет сохранять если не стержень, то по крайней мере количественные показатели собственных интересов. Первая группа их недолюбливает за чрезмерную лабильность, потому и существует «стена».

4. «Кот жив и мёртв одновременно». Эта даже не группа, это отдельные люди — термоядерная смесь первой и второй конфигурации. Изначально эти люди обладали зоной комфорта первого типа, но в силу травматических или катарсических событий получили сверхценную идею, выраженную во второй недвижимой точке. Эти люди имеют частично мобильную зону комфорта (чем могут демонстрировать сближение и подобие первой группы) и у них развиты методы коммуникации с представителями клановых структур.
Эти редкие экземпляры ценой собственного сожжения (они расходуют много сил) высекают свои идеи и проекты на страницах истории. Разрушить Карфаген? Обратить Ирландию в христианство? Полететь в космос? Случилось бы всё это без немного упоротых подвижников?

Разумеется, у любой радикальной формы есть ещё более радикальная форма — выкинутые из системы клан-лидеры высоких уровней. Для человека, который жил в системе и в совершенстве освоил её — это безусловно травматическое событие. Так появляются «Короли ночи» — люди, которые переворачивают весь мир… последний такой в Мавзолее лежит, виноватый в украинском кризисе и всех прочих грехах, но до сих пор нетронутый землёй.