Сейчас активно обсуждается утечка данных, подтверждающих факты пыток в тюремной туберкулёзной больнице №1 Саратова. Но мало кто обращает внимание на то, что в стране наблюдается ещё и низкая адаптация заключённых после отбытия срока в тюрьме.

В России не существует ни единой системы ресоциализации бывших заключенных, ни закона, который бы контролировал эту сферу. Шансы найти работу после колонии практически сведены к нулю. В результате многие отсидевшие снова идут на преступление, чтобы раздобыть денег на жизнь. В 2020 году повторно попали за решетку больше 81 тысячи человек, а в третий и более раз - около 150 тысяч человек. Всего в 2020 вышли на свободу чуть больше 234 тысяч человек.

Между тем, в Европе давно существуют службы по оказанию помощи бывшим заключенным - службы пробации. Они следят за осужденными, находящимися на испытательном и условном сроке, ведут направленных на лечение, в дальнейшем проводят ресоциализацию, в которую включено трудоустройство и помощь с жильем. Нам бы тоже не помешал европейский опыт в реабилитации зэков, но на это нужны деньги, а их нет.

Вообще говоря, ФСИН даже выгодно то, чтобы отсидевшие обратно возвращались в места лишения свободы, поскольку от них напрямую зависит прибыль службы. Эта структура функционирует как коммерческая, и её главная задача - зарабатывать деньги. А то, что будет с заключенными после выхода на свободу, это уже вопрос второго плана.

Конечно, создание условий, при которых бывший зэк сможет влиться в общество и найти более или менее нормальную работу, является очень важным делом для государства. От этого напрямую зависит, решится ли он снова пойти на преступление или нет. Но пока таких условий нет, видны только отставки проштрафившихся чиновников ФСИН