Быть или не быть... видимым? О безопасности

Видимость это такая сложная штука. Хочется проявляться. Но как проявляться безопасно, да ещё чтобы твои проявления поняли так, как ты хочешь? Последнее зависит во-многом от смотрящего. А первое... Очень много от чего.

В феврале 2022 года я вышел на Тверскую с надписью НЕТ ВОЙНЕ на рюкзаке. И меня сразу скрутили. Когда я про это рассказываю, я понимаю, что поступил до глупости неосторожно. Вина, конечно, всё равно на режиме, в нормальном месте такого бы не было. Но неосторожность моя тоже была. До моеего отъезда в 2017, конечно, уже крутили, но всё ещё не так массово (или в моих глазах не так), а потом я уехал и вообще отвык от таких реалий. Я думал, ну я же свободный израильтянин, что мне будет...

Сейчас я знаю уже очень много о том, как проявляться безопаснее. Но в том-то вся и фишка, что безопаснее, но не полностью безопасно. Потому что полная безопасность бывает только в вакууме. Что не означает, что проявляться не надо.

Поскольку я не в России, у меня есть второе гражданство, кроме российского, и я не собираюсь возвращаться, я могу себе позволить много. Но и у меня бывают опасения, потому что связь с Россией ещё не полностью оборвана.

Самое паршивое — как раз этого и добивается режим. Цель террора — запугать. Мы все очень запуганы, к сожалению. Часто именно из-за этой запуганности в России трансперсон не берут на работу, например. Это легально, но работодатель всё равно боится, что попадёт под пропаганду или экстремизм. Законы о пропаганде и экстремизме намеренно очень размытые и точно неясно, что попадёт под них, а что нет.

Что ж блин делать-то в такой обстановке?

Быть информированными и принимать риски по возможности осознанно.

Самый крутой источник, который я знаю, это гайд по безопасности от Первой линии. Там очень много всего, в том числе очень много о цифровой безопасности и важное при переезде или если вы уже уехали из России.

В конце концов, если вы уехали, то вы сами решаете, есть ли вам, чем рисковать, и стоит ли это делать. Я очень устал бояться. Когда-то я уехал в другой город, чтобы избавиться от сталкинга. Потом я уехал в другую страну, чтобы избавиться от несвободы. Но эта несвобода может оставаться в нас и после отъезда. Я хочу избавиться от неё и быть свободным.