🤔 Почему опционы семь лет не приживались ончейн

В традиционных финансах главным деривативом является не фьючерс, а опцион: в 2025 году на мировых биржах проторговали 88,65 млрд опционных контрактов против 30,64 млрд фьючерсных.

В крипте все наоборот: перпы сделали около $7,9 трлн объема, а на ончейн-опционы пришлось лишь 0,2% от этой суммы. Причем не от недостатка попыток: по подсчету OAK Research, с 2019 года за ончейн-опционы брались около 30 протоколов, и почти все они закрылись или сделали пивот.

Опцион устроен сложнее перпов, и в этом основная проблема. У перпа всего один стакан, а опционы раскладываются в матрицу из десятков экспираций, около 40 страйков, коллов и путов. Из-за этого та же самая ликвидность размазывается примерно по 800 тонким стаканам.

🤑 Цену для опциона взять у оракула не получится: нужна подразумеваемая волатильность по каждому страйку и дате, поэтому маркетмейкер постоянно переставляет котировки и хеджируется на Deribit. Тяжелее всего работать с крупным капиталом, ведь в первых протоколах продавец колла при цене BTC $100 000 блокировал целый биткоин ради премии в $1800, зарабатывая 1,8% в месяц. Многих такая доходность не интересовала.

Отсюда и вся история сектора: каждое поколение закрывало одну дыру и проваливалось в следующую. Opyn в 2019 году превратил опцион в ERC-20, но из-за полного обеспечения и газа в десятки долларов юзеров не нашлось. Тогда PsyOptions перенес стакан на Solana, однако даже центовые комиссии за перестановку котировок отпугнули маркетмейкеров.

Раз профессионалы не приходили, Hegic и Lyra заменили их пулом LP, у которого быстрые трейдеры скупали опционы, пока цена отставала от рынка. Больше всего денег, сотни миллионов долларов, собрали волты Ribbon, Friktion и Dopex с покрытыми коллами. Тысячи вкладчиков, сами того не зная, работали маркетмейкерами, пока премия не сжалась, а на ралли волты отдавали ETH по страйку. Последней попыткой стали опционы без экспирации вроде Squeeth и Panoptic, но вместо даты экспирации пользователю пришлось разбираться в фандинге, который понять еще сложнее.

🙁 Технологии при этом не были главной проблемой: Aevo, бывший Ribbon, еще в 2023 году собрал почти тот же продукт, на котором сейчас работает Derive, с офчейн-стаканом, расчетами ончейн и своим L2 на OP Stack. К середине 2026 года у Aevo лишь $45 млн оборота за 30 дней, в то время как Derive в 30 раз больше, и вопрос решили лишь деньги на маркетмейкинг. 

Как объяснял Muir, поначалу почти весь поток на новой площадке дают арбитражники на расхождениях с Deribit, и без субсидий маркетмейкеры теряют миллионы. Derive платит до 500 000 USDC ребейтов и 1 млн DRV за 28-дневную эпоху. Даже так первый именитый маркетмейкер FalconX пришел только в октябре 2025 года.

Вторым условием стала портфельная маржа, которая делает капитал маркетмейкеров продуктивнее. Движок требует залог не под худший теоретический сценарий, а под правдоподобное движение до ликвидации и учитывает, что хедж перпом гасит риск проданного колла. Если модель решит, что BTC не уйдет дальше 15%, под тот же колл хватит $15 000 вместо $100 000, и доходность вырастет примерно до 12% в месяц.

⌚️ Результат пришел с лагом около двух лет: в ноябре 2025 года Derive делал 0,2% от дневного объема Deribit, а в марте 2026 уже около 3%. В августе протокол поставил рекорд в $1,92 млрд за месяц, а открытый интерес к сентябрю дошел до $2–2,5 млрд. Для рынка это немного: в марте на Derive приходилось около 0,8% мирового OI по опционам на BTC, а основной рост забирает регулируемый рынок США, где в апреле OI опционов на IBIT обогнал биткоин-опционы Deribit.

Derive оказался единственным, кто прошел все пять поколений ончейн-опционов, четырежды сменив архитектуру.

Подписывайтесь на канал, ставьте лайк, заходите в чат👇

🧑‍🚀 Канал | Чат | Обменник