​​О КОМИ ИДОЛАХ

Наш подписчик из Ухты Валерий Торлопов выслал нам очень интересный материал — свои статьи об эшмесских идолах. Публикуем отрывок и обещаем, что продолжение обязательно будет.

«Однажды, проминая лыжню по одной из долин многочисленных ручьев реки Эшмес, Павел Вокуев наткнулся на пещеру. На небольшом обнажении древних горных пород, которые из-за крутизны не смогли зарасти за многие тысячелетия таежной растительностью, чернел вход в грот. Пещера имела форму неправильного конуса длиной до десятка метров. Ширина и высота в средней ее части была около двух с половиной метров. Пещера заканчивалась узкой щелью, уходящей в глубь известнякового массива.

В морозный зимний день пещера хорошо освещалась рассеянным светом. На каменной россыпи лежали, похожие на обломки скал, куски древесины, два из которых привлекли внимание охотника. Они были грубо обработаны и, по-видимому, служили атрибутами идолопоклонства. Один представлял грубое подобие человеческой фигуры в полный рост, явно выражая особь мужского пола. Второй идол, сделанный из сегментообразного столбика, на верхнем конце имел подобие человеческой головы с четко очерченными глазницами и носом.

На камнях внимательный взгляд таежника различил кости и обрывки какой-то одежды. Палкой, вырезанной из тонкого деревца, охотник прощупал расщелину в конце пещеры и, не найдя ее окончания, оставил шестик там же, между камней.

Павел Вокуев, возможно, слышал от деда упоминания об идолопоклонстве предков, но что в их угодьях находились свидетельства былого, не знал. Поразмыслив, решил вынести человекоподобного идола к себе в деревню.

Так один из идолов, переживший в лесной глухомани многие поколения людей, оказался в деревенской избе, а затем известным этнографом Д. Т. Яновичем был доставлен в республиканский краеведческий музей города Сыктывкара. Став экспонатом, идол не вызвал у людей былого почитания. Другими стали люди. Не приняли они его. Вместо идолов деревянных они утверждали верования в других идолов, живых. Шел 1926 год».