„Вторая половинка есть у мозга, *опы и таблетки. А я изначально целая.“Ф. Раневская.
Глазами юнгианки потрясающе написала про феномен целостности.
Ее описание настолько целокупно,что трудно что либо добавить к нему.
Но если отойти от формы к содержанию, можно подумать о целостности как одной из составляющих счастья. Счастье, как и ощущение целостности, можно ощутить лишь мгновениями- этим они и ценны.
Но не таков наш человек. Homo sapiens давно стал homo kontrolus.
Как Фауст-остановись мгновенье-ты-прекрасно он хочет зацементировать в вечности все самое хорошее и сделать управляемым доступ к нему. И тогда вместо счастья он получает американский вариант "happy"- в котором больше утилитарно-удовлетворяющего, чем сакрального.
При таком счастье человек хочет не раствориться в мире, а растворить мир в себе, вобрать побольше этого недостающего.
И тогда вдруг вся магия исчезает,лишая человека всемогущества, оставляя его одного в этом большом мире вместе со всеми его невозможностями, страхами и страданиями.
Звучит апокалиптично? Отнюдь. Выход всегда есть. Но для того, чтобы его найти надо вырасти. А чтобы вырасти -надо научиться уменьшаться пропорционально миру,трансформироваться, т.е. научиться адаптивно принимать нужные формы.
Ведь ценность ключа не зависит от его размера- даже маленький ключ может открыть огромную дверь.
Но тут есть маленький нюанс- умение менять форму,не теряя своей внутренней сути. Не расплачиваясь ценностями и идеалами, становясь конъюнктурным в угоду деструктивным реалиям.
И вот тогда, когда все это произойдёт, и у человека появится стойкий навык души добавляться к Миру, Другим и Другому- ощущение счастья будет по-настоящему целостно наполнять его сердце. Прямо как в детстве, когда человек не озадачен проблемами покорения мира,а переполнен жаждой жизни и открытий.
Ведь что такое депрессия, отчаяние и тоска, как невыносимое проживание своей нецельности, одиночества и невозможности соединиться с миром.
Мне очень нравится пример из гештальта про фигуру и фон.
Хорошо, когда у нас есть возможность быть и фигурой и фоном, относительно мира и себя. Тяжело, когда получается стирать большие фигуры Других внутри своего фона, но своей фигуры на фоне мира вырастить не получается.
Или этой фигурой становится жадная фальшивая часть нашего Эго, требующая постоянной подпитки ее величия, а мы как старик на побегушках выполняем эти ненасытные желания.

Помните платоновский миф об андрогинах из диалога "Пир"?
Давным-давно жила на земле прекрасная раса люлей. Они содержали в себе два начала - мужское и женское. Это были андрогины. Они были так сильны, что посягали даже на власть богов. Боги рассердились и разделили их напополам. В результате андрогины потеряли свою могучую силу, зато обрели нечто большее, недоступное богам.
Вечную тоску.
Теперь две эти половины постоянно стремятся друг к другу, желая воссоединения. "Вот с тех давних пор свойственно людям любовное влечение друг к другу, которое, соединяя прежние половины, пытается сделать из двух одно и тем самым исцелить человеческую природу",-пишет Платон.

А вы что думаете?
Предпочли бы вечное ощущение целостности без любви?
Или фоновую непроходящую тоску ради редких мгновений счастья и любви?