Скоро Хэллоуин, а в Питере вознамерились открыть новый фестиваль:
http://horrorzone.ru/page/vpervye-v-rossii-samyj-strashnyj-festival
Я решил, что непременно надо съездить + написал несколько коротких текстов, для участия в Самых страшных чтениях (если все получится, то 30 октября в Питере прочитаю какой-нибудь из них вслух).

А пока малыш, которого я написал, но не отправил на конкурс:

Эдгар Аллан По

Кот смотрел на щель в шкафу.
Я распахнул дверцу. Рубашки висели как-то не так. Я передвинул их в угол. Кот продолжал напряженно пялится в сумрак шкафа. Я вынес рубашки и положил их на кровать.
Кот сидел перед открытым шкафом. Хвост его одеревенел, торчал, как палка, шерсть неотвратимо вставала дыбом.
- Хрен с тобой! – я принес настольную лампу и поставил ее в шкафу.
Кот заныл, инфернально и жутко.
- Что, блин, там такое? – по стенке шкафа бежала едва заметная трещина. Я сходил за отверткой, ковырнул ею обои. Лоскут отошел с влажным хрустом. Я увидел пятно.
Кот уже не ныл, он говорил самым стремным кошачьим голосом.
- Ты хочешь, чтобы я раздолбал стену, - меня бесил его ор, почему бы не двинуть этой меховой подушке?
- Это съемная хата! – заорал я на кота. – Где жить будем, пушной ты придурок?
Кот сек хвостом линолеум. Он уже разодрал его когтями на пару сантиметров вглубь.
- Уууу, скотина, - шуганул я кота и залез в шкаф. За обоями была дыра, старая, хорошо заделанная и выравненная.
Внезапно я понял, что кот больше не орет. Лопатками чуял, как он сверлит мне спину взглядом. Шпатлевка легко поддалась отвертке, несколько тычков, я поддел крупный кусок и вывалил его на пол. Дыра была небольшой, туда без проблем пролезала рука, но не больше. Я посветил лампой. Ничего.
- Ну, - обернулся я к коту, - и чего орали?
Мороз когтями прошелся по моей коже. У меня никогда не было кота. Я медленно поставил лампу на пол. Мелкие волоски встали дыбом на руках, поднялись вдоль хребта.
Я не мог уйти. Ноги примерзли к полу.
Я посмотрел на дыру.
Там висела эта скотина, истлевшая, высохшая в мумифицированный труп, кто-то повесил его за шею.
Кот повернул голову, глаза у него были огромные и очень живые.
Потом он велел мне перерезать веревку.