Акт Второй. Звездное семя
(зарисовка с весенней Рваной Грелки 2023, тема "Запертый сундук", такие зарисовки обычно называют "погремушками", они прогнозируемо тонут в первом туре)

Когда солдатам зашивали рты, чтобы никто не слышал их криков
Я пропускал эту чушь мимо щеки
Я делал слухи светом
Чтобы в сундуке моей головы было хоть чуточку светлей
Прежде говорили: пригласил в гости — покорми, чем Бог послал
Теперь советуют: уложи спать плотней
На одну кровать помещается восемь несчастных и трое счастливых
Вы не усматриваете в этом несправедливости?
Пятеро меняют шило на мыло
У троих грудничок
Не те и не так срифмовали слово из трех букв
Из трех сук
Из трех рук не вылетит пуля
Стрелять, примеряться — одновременно думая: не забыть купить домой
Домашних тоже предлагаю готовить с нуля
Топить в сундуках
Только других
Погружать на суда
Только те, что дойдут до берега
И когда эти первопроходцы покинут борта наших Мейфлауэров
У них будут простые славянские лица
Таким легко сдадут жилье на постой
Пригласят на службу
Постовой, как ваша фамилия?
Нечего стесняться, не вы же обрушили килотонны на Дрезден
С чего бы вам лицом меняться
Что привезли с собой?
Не будет таможни
Никто не станет копаться в вашем белье
Сундуки вместо постелей
Так у Диккенса спали женщины и дети
Мужики просто скатывались с горбатых сундуков на пол
Мужики пили
Мужики изменяли
Сундуки стояли
О сундуках забывали
И в каждом произрастал старый мир
Дохлый пир
Эпитафии и романы
Когда ночная сорочка заводит отношения с моноклем капитана
Эмигранты надежно хоронят свои старые звания, эполеты, кокарды, кортики, корсеты
Новый мир вырастает из отказа
Сундуки изнутри покрывает парша и проказа
А за картинами всегда есть лаз
Черная курица отведет вниз
Тебя и нас
Возврата в страну, из которой нельзя бежать
Опережение и рукопожатие
Не каждую руку хотел бы я жать
Но в сундуках нарастает давление
Сопротивление закрытости
Сомнение истинности бегства
Догматов прежней жизни разрушение
Расщепление такой малости, как мамины слова
«Сынок, ты все сделал правильно»
Мама никогда не была права
(нет)
Сомнения строят замки внутри сундуков
И вот твои дети, однажды приходят проведать стариков
У них совсем другие имена и понятия
Они не помнят родного языка
Их новояз — их душа и объятия
Они — цветы нового света
Даже если выросли в полной тьме бункера
При электрической лампе и легендах о защитниках Дюнкерка
Они придут на семейный ужин
Мать приготовит, что вы там ели?
На старой земле водились совсем другие звери
Здесь вы не дышите
У вас давно iron lungs
Не смотрите в переводчике — это Муи Виттон
Вы покинули не просто землю
Предел мира человека
Ваш новый дом
Гавань ветров
«Откуда ты взяла эту прелесть?» — спросит отец
Полная атрофия вкуса
И вдруг
Наконец
На самом закате, ведь завтра ему на переработку
Отец чувствует вкус Родины
Отец пригубляет водку
Отец накалывает груздя
Отец нюхает ржаного ломоть, любя
Отец погружает ложку
Здесь нет утвари, вы едите раскрывая грудную клетку, все нужные вещества проходят непосредственно сквозь стенки в клетки
В сметану
Вот куда отец ложку макнул
«Это борщ?» — матери три раза моргнул, чтобы не дала опомниться
Если это иллюзия — убей меня сразу
В новом свете твое тело — общественная собственность
Ты не принадлежишь себе ни разу
«Я открыла сундук», — она отвечает
«Ты помнишь о нем?»
Отец ничего не замечает
У него полный рот детства
Он не может согреться
Он не может поделиться
Он урчит и втягивает, как кот
О котах здесь тоже никто не помнит
Он — большая, умытая перед парадом столица
Он вожди и провожающие тысячи ковчегов
«Вы станете первопроходцами»
«Нет, беглецами»
«Героями»
«Нет, подлецами»
Сундук под отцом подпрыгивает, и мы замираем
«Что здесь вообще происходит?» — мы не знаем
Мы родились уже здесь
Нам непонятно назначение этой коробки
Ее окованные металлом углы
Слова по металлу
Металлические полоски