В последнее время слышится много разговоров про то, что гуманитарии с развитием ИИ снова внезапно получают шанс. Все маккинси мира заявляют, что нанимают не отличников формалистов, а историков с философами.

1. Глава McKinsey Боб Стернфелс рассказал Harvard Business Review, что в фирме 40 тысяч людей и 20 тысяч ИИ-агентов. Линейное решение задач, которому фирма учила сто лет, модели освоили. Теперь нужно «разрывное мышление», и McKinsey возвращается к выпускникам liberal arts, которых раньше отодвигала. Алекс Карп из Palantir вроде бы говорит обратное: ИИ уничтожит гуманитарные рабочие места, и привёл в пример собственный диплом философа. Будущее, по Карпу, есть у людей с ремеслом в руках и у нейроотличных. Нейроотличные – это с диагнозом по вежливому. Для вторых в Palantir завели стипендию, и в требованиях там стоит опять же "нелинейное мышление". Товар у обоих один: человек, который думает не по прямой. McKinsey опознаёт его по диплому историка, Palantir - по диагнозу.

2. В том же интервью Стернфелс сообщает, что треть выручки фирмы уже привязана к «результату» вместо платы за советы. Результат, который можно записать в контракт и измерить через год, на свете один: издержки. Примеры у него про это же: убрать средние слои управления, слить пять отделов в один, поувольнять людишек. Считают в McKinsey агенты, режут по их расчётам. Заучка с таблицей в этой схеме очевидно лишний. Зато нужен человек, который забацает хорошую историю: «Не бойтесь, кризис открывает возможности, аналогичный случай произошёл в 1928 году, и справились. Конюхи стали шофёрами, банкоматы не убили кассиров».

3. Спрос на рассказчиков подтверждён и на более высоком уровне. Вчерашняя Нобелевская премия по экономике ушла Холлу и Вудфорду за теорию стабилизационной политики. Практический вывод лауреатов: люди смотрят вперёд и думают о будущем, поэтому власти должны внятно рассказывать им о своих планах, и экономика пойдёт куда надо. Управляйте, товарищи, ожиданиями правильно и хорошо. А если что не так, так это т.н. "шоки" - внешний, технологический, предложения, демографии, войны и т.д. А "шоки" - предмет темный, и исследованию не подлежит.

4. Теперь что значит «гуманитарии в топе». По свежим данным США безработица у молодых философов 5,1%, у программистов 7,0%. В соседней колонке написано, что 42% недавних выпускников в целом работают не по уровню диплома, и гуманитарии тут впереди всех (70%), а у программистов таких 20%. Платят философу при этом в среднем раза в два меньше. Гуманитарий трудоустроен, потому что (и если) согласился. Математик ждёт своей цены.

5. Деталь про "аналогичные случаи". Конюхи шофёрами безусловно стали, но не все и не сразу. Лишних же по дороге прибрали две мировые войны. Лошадей никто не переучивал: от их поголовья 19го века осталось всего ничего. Еще один экономнобилиат Василий Леонтьев в 1983 году сказал прямо: человек как главный фактор производства пойдёт той же дорогой, что лошадь после трактора. И заранее ответил тем, кто надеется на гибкость зарплат, которая теоретически способна вернуть человеческий труд: даже если овес подешевеет, лошадь в поле это не вернет. Это времена Хайека и Фридмана, когда функции экономической теории ещё выходили за пределы орального обслуживания хедж-фондов. С ними можно было не соглашаться, но спорили они о том, как устроено общество, а не о том, какими словами центробанку обманывать граждан.

Так что отличнику объявили, что он не нужен, а кто нужен вместо него, договориться до конца не могут. Одним историк, другим сантехник, третьим дислексик. Историка возьмут, но с оговоркой. Хороший историк на требования «аналогичного случая» может вспомнить не тот. Поэтому правильный гуманитарий должен испытывать оптимизм, не спрашивать как распределяются блага и закатив глаза петь начальству осанну за прогресс и "никогда еще человечество так хорошо не жило". Ну и главное чем что историк, что дислексик прекрасны - они недороги. И кочевряжиться скорее всего не будут. А людям полезным - типа сантехника - можно и сверхурочные заплатить.