Я стою перед ним в полумраке гримёрки после концерта, адреналин ещё бьёт по венам, а он уже стянул мокрую от пота футболку. Майсик весь в свежем поту, мышцы блестят, и вот оно: чуть ниже линии трусов, прямо на лобке, тонкими чёрными буквами «спаси и сохрани».
Он видит, как я смотрю, и ухмыляется.
— Что, уже молишься? — хрипло спрашивает Серёжа, проводя рукой по животу вниз.
Я опускаюсь на колени медленно, будто в трансе. Пол холодный, но мне плевать. Руки сами тянутся к его бёдрам, пальцы задевают резинку боксеров от Гоши. Ткань сползает, и вот оно — так близко, что чувствую тепло кожи.
Сначала просто дышу на надпись. Горячее дыхание касается букв, они будто оживают. Потом губы — легко, почти невесомо — касаются первой «с». Поцелуй. Ещё один — на «п». Я целую каждую букву медленно, языком обвожу контуры, оставляя влажный след. «Спаси»… «и»… «сохрани»…
Он тихо стонет, пальцы в моих волосах сжимаются.
— Ниже, детка… молись ниже.
Я не спорю. Губы скользят ниже надписи, туда, где кожа становится ещё горячее, где начинается он сам. Целую основание, медленно, жадно, будто это и есть настоящая молитва. Язык провожу по всей длине, вверх-вниз, пока он не начинает материться сквозь зубы.
Потому что эта надпись — не просто тату.
Это его просьба.
А я сейчас на коленях и выполняю её губами, языком, всем телом.
Спаси и сохрани, 9mice. Я сохраню тебя в себе всю ночь.
👍 V&V. Подписаться
