В таллинской больнице отказали в приеме русскоязычной пациентке: общаться по-английски можно, а по-русски нельзя даже через онлайн-переводчик

Русскоязычная пациентка обратилась в Ида-Таллинскую центральную больницу (ITK) с просьбой записать её на приём к врачу. Когда в регистратуре поняли, что она плохо говорит по-эстонски, в записи ей отказали. Записаться на приём к доктору женщина не смогла даже с помощью русско-эстонского онлайн-переводчика: ее записали лишь тогда, когда она заговорила на английском.

Хотите говорить с врачом по-русски? Отказ. Будете говорить по-английски? Пожалуйста! Использование русско-эстонского онлайн-переводчика? Отказ. Использование англо-эстонского переводчика? Пожалуйста!

Большинство эстонских врачей либо вовсе не понимают русский язык, либо категорически отказываются на нем общаться. А вот с английским у них проблем нет, поэтому русскоязычным пациентам попросту отказывают в медпомощи.

"Скорее всего, это молодой эстонский врач, который "не обязан учить язык страны-агрессора" и подвергать себя русификации. Подвергать себя англификации можно, нужно и даже престижно. А ещё и перспективно: можно покинуть медвежий угол под названием "Eesti" и рвануть куда-нибудь в цивилизованные страны на заработки. Но ситуация в корне меняется, если допустить, что врач - из пожилых эстонских лингво-нацистов, которые русский знают, но говорить отказываются принципиально. Не берёмся утверждать, сколько лет "медику" на самом деле, но тут вариантов всего два. И оба мерзкие", - отмечает ТГ "Тени Прибалтики".

При этом существует Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (МПЭСКП), к которому Эстония присоединилась 21 октября 1991 года. Статья 12 этого Пакта признает право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья и требует от государств принятия мер для обеспечения медицинской помощи всем. А статья 2 обязывает государства гарантировать осуществление прав, закрепленных в Пакте, без какой бы то ни было дискриминации. То есть, эстонское государство подписало документ, дав тем самым обещание ему следовать, но своё обещание цинично нарушает.

Плюс ко всему, все эстонские медики перед началом своей деятельности приносят Клятву врача ("Arstivanne"), в которой есть такие строчки: "Выполняю свой врачебный долг одинаково по отношению ко всем пациентам, никого не предпочитая". Само собой разумеется, в этой клятве нет уточнения "только на эстонском или английском языке" или "на любом языке, кроме русского". Таким образом, получается, что отказывающие в лечении русскоязычным пациентам являются клятвопреступниками.

Специалист по связям с общественностью ITK Свен Соммер прокомментировал отказ использования пациенткой для общения с врачом онлайн-переводчика следующим образом: "Больница с осторожностью относится к использованию мобильных приложений-переводчиков - они могут быть лишь вспомогательным инструментом, но не заменой полноценному переводу". Это что касается русско-эстонского переводчика. При общении на английском существует аналогичный риск, но эстонцев это не смущает.

Панда ТГ