Каждый свой день он проводил сидя в своём пристанище и рассматривал брошь, что досталась ему от Ли Феликса–Ёнбока. В груди поселилось странное чувство тоски, так хотелось снова заглянуть в эти карие глаза с янтарным отливом, так хотелось посмотреть на них, что когда брюнет засматривался на драгоценные камни в броши, он видел в ней лишь его глаза.

Хван перестал так часто появляться на базаре, исключением было только когда он изнемогал от голода. В один из дней он так сильно хотел увидеть Феликса, что собрался проникнуть во дворец, но до него дошли слухи, что теперь стражников вокруг двора султана стало гораздо больше.

В их первой встрече явно было что-то таинственное и непредсказуемое. Что-то такое, что наконец покорило Хёнджина,он будто бы открыл глаза после долгого сна.

Но дни невидимо переплетались, и с каждым из них бедняк всё глубже погружался в собственные чувства, в ту безмолвную нежность, что родилась из ниоткуда. Каждая мысль, даже самая краткая, была как яркий луч света, порожающий его наповал и заставляющий жмурится. В душе Хвана, котрый был непригоден для тёплых чувств, а тем более привязанности, пробудилось что-то новое, что ему ранее не принадлежало и никак не могло принадлежать. Он понимал, что между ним и принцем огромная бездна, котрая не позволяла ему приблизиться даже на шаг. Его бы не поняли.
Этот месяц брюнет характеризовал как месяц ожиданий, надежд и внутренних борений.

И вот в один из тех поздних вечеров, когда юноша сидел у остывающего очага и позволял себе мечтать, в его скромной лачуге сквозь плотные ковры проник нежданный и могучийи величественный с переливами лунного света вихрь. Из дыма и света, полетели искры, похожие на звёзды, а из них выплыла сияющая женская фигура из дыма. У неё не было лица и это сильно испугало и без того шокированого Хёнджина. Джинн поклонился Хвану, котрый безмолвно забился в угол, пытаясь отдышаться и привести сердцебиение в норму.

– Здравствуй, Хёнджин. – поприветствовал брюнета, Джинн,
что теперь служит принцу, который однажды проявил к бедняку благосклонность, видя в нём не просто нищету или тень,а пламя души. – Ликуй и веселись, мой друг! Ведь сегодня ты покинешь постыдный свой очаг.

Хван ещё больше обомлел. Какой-то неизвестный дух смеет прогонять его же из своего дома? Ну уж нет!

– Почему это я должен покидать свой дом? Да и что ты за зверь такой, что ни лица, ни тела у тебя нет !? – Хёнджин осмелел и захотел дать отпор наглому существу.

– Ох,глупец! Уготована тебе новая судьба, больше не будешь бедности ты знать, давина сладкие и финики вкушать! – радостно вымолвил дух. – Я – Джинн. Верный слуга принца Ли Феликса – Ёнбока, прибыл, донести тебе приказ его!

– Приказ? – Хван снова стал не уверен в том что он не спит. Какой ещё приказ? Ёнбок послал его, чтобы обнадёжить или и вправду прямо сейчас он разбогатеет в миг?

– Принц Ли освободил меня из заточенья, а за спасение своё я даровал ему возможность осуществить любое желание. – дух,начал прояснять всю эту нелепую ситуацию. – Он загадал, чтоб ты разбаготел, а после вернулся за ним во дворец.

Если бы глаза Хёнджина могли самостоятельно выпадать из глазниц,то они давно бы это сделали.
Видимо, те легенды, что в детстве ненароком рассказывал отец Хвана, были непросто выдуманным бредом.
Только брюнет начал приходит в себя, как Джинн, меняя свой окрас на ярко-зелёный,начал кружить вокруг пристанища бедняка. Он всё вертелся и вертелся вокруг, что заставляло Хёнджина жмурится, так как песок с земли летел ему в глаза, но стоило ему распахнуть очи, как пред ним встали горы драгоценностей. Гигантские кучи дирхам, сундуки с дорогими шелками, султанские одежды, камни, жемчуга и золото укладывались в огромное сотояние, не хуже, чем у любого знатного богача столицы Арабского халифата. В такой короткий миг, Хвана окружила роскошь, о которой он не мог даже и мечтать.
#hyunlix@Vs_switikkk
#sketch@Vs_switikkk