Будущее атомной энергетики в Армении: возобладает ли в Ереване прагматичный подход?

В последние недели в Ереване заметно меняется риторика вокруг новой атомной станции. Если ранее власти говорили о малых модульных реакторах (ММР), то теперь премьер-министр Никол Пашинян заявляет о потребности в блоке мощностью около 1000 МВт. За этим сдвигом стоят не только технические расчёты, но и новые экономические и геополитические реалии.

Почему ММР оказалось недостаточно

Изначально выбор в пользу ММР объяснялся их гибкостью, повышенной безопасностью и меньшей капиталоёмкостью на старте. Однако в условиях растущего спроса на электроэнергию — в том числе из-за развития инфраструктуры искусственного интеллекта — мощности ММР может не хватить. Пашинян прямо указал: Армении требуется новая станция мощностью порядка 1 ГВт, чтобы закрыть долгосрочные потребности и избежать дефицита в будущем.

Контекст: визит главы «Росатома» и продление Мецамора

Тема новой АЭС получила новый импульс после визита главы «Росатома» Алексея Лихачёва 29 сентября 2026 года. Стороны обсудили текущую работу Мецаморской АЭС и перспективы её продления: станция уже получила разрешение на эксплуатацию до 2036 года после модернизации, а теоретически возможна и работа до 2046 года при условии серьёзных инвестиций в безопасность и инфраструктуру.

Конкуренция предложений

На столе у Армении — предложения от пяти стран: России, США, Китая, Южной Кореи и Франции.

Россия готова предложить как малые, так и крупные блоки; «Росатом» уже подготовил предварительное ТЭО блока на 1200 МВт.
США в феврале 2026 года подписали с Арменией соглашение о сотрудничестве в гражданской атомной энергетике с фокусом на ММР.
Китай, Южная Корея и Франция также рассматриваются как потенциальные партнёры, но их конкретные предложения пока менее детализированы в публичном поле.

Дедлайны и риски

В правительстве звучат оценки, что решение по модели и партнёру будет принято в течение 1–2 лет (до 2027–2028 гг.), при этом проектирование и строительство новой станции займёт не менее 10 лет. Это создаёт риски энергодефицита, если решение затянуть. Параллельно прорабатывается продление эксплуатации Мецаморской АЭС до 2046 года как «буфер», чтобы выиграть время на выбор технологии и партнёра.

Что значит «прагматичный подход»

Автор статьи ставит вопрос, «возобладает ли прагматичный подход»: с одной стороны, переход к крупному блоку может быть экономически оправдан, если есть перспективы экспорта электроэнергии (в т.ч. в Иран) и долгосрочного покрытия растущего спроса; с другой — ММР остаются привлекательными из-за модульности, скорости развёртывания и меньшей капиталоёмкости на первом этапе. Фактический выбор, судя по цитатам официальных лиц, будет определяться сопоставлением цены, сроков, гарантий и возможностей интеграции в региональные энергопотоки.

Армения стоит перед стратегическим выбором: ММР как быстрый и гибкий вариант или крупный блок как долгосрочное решение под растущий спрос. Окончательное решение, по словам Пашиняна, будет сугубо экономическим — цена, качество, безопасность, сроки и гарантии. От этого выбора зависит не только энергетическая безопасность страны, но и её роль в региональных энергопотоках на десятилетия вперёд.

Так или иначе, согласие на российские предложения способствовало бы восстановлению экономической кооперации и улучшению ситуации в стране. Но позволят ли ближние и дальние соседи правительству Пашиняна принимать решения, отвечающие национальным интересам самой Армении? Думается, ответа на этот вопрос ждать осталось недолго, ибо тянуть и увиливать до бесконечности явно не получится без риска очередного поражения.

#Армения #Россия #Росатом #энергетика #АЭС