Это означает, что Росприроднадзору в рамках экологического и геологического контроля проще добиться от конкретных нефтегазовых компаний, которых в стране совсем немного, изменения требований к обезвреживанию своих отходов, чем «бегать» и уговаривать 350 лицензиатов, осуществляющих утилизацию буровых шламов. Важную часть выступления Светланы Радионовой мы приведем дословно:
«Я, как представитель природоохранного ведомства, считаю главной задачей своей работы практическую защиту окружающей среды. Проведенный Росприроднадзором анализ состояния дел в сфере обращения с 30 видами отходов, образующихся при различных видах буровых работ, особенно на Ямале, в ХМАО, Башкирии, Татарстане, Удмуртии, Самарской и Оренбургской областях, Красноярском крае и Якутии, доказывает, что сложившаяся ситуация требует личного вмешательства.
Нам пытаются доказать, что в сложных климатических условиях Крайнего Севера, где практически нет постоянных дорог и полигонов, 90% из 12 млн тонн отходов бурения якобы успешно утилизируется. Например, с использованием в зимний период живых бактерий — микроорганизмов-деструкторов, которые, как оказалось, не боятся ни снега, ни мороза.
Миллионы тонн шлама за счет операций по их перемешиванию с торфом и песком магическим образом превращаются в „строительные смеси“, „техногенные грунты“ и „рекультиванты“, которые утилизаторы оставляют на месте под видом „складирования готовой продукции“. Её, оказывается, просто не купили. Не стану говорить и о пресловутых „сжигалках“, разнообразных печках в контейнерах из 90-х годов, которые не чадят на всю округу и оставляют после себя не золу со шлаками, а готовые „материалы для отсыпки дорог“. Росприроднадзор с этим мошенничеством более мириться не будет».
Возможных решений — два. Первое: компании сами садятся за стол, совместно договариваются о прекращении оказания подобных услуг, обсуждают с заказчиком пересмотр требований к ним в пользу реальной переработки шлама, его обезвреживания, максимального вовлечения во вторичный оборот остатков буровых растворов, с последующим захоронением «хвостов» на безопасных полигонах и полноценными платежами в бюджет за негативное воздействие.
Второе: игроки не реагируют, решив переждать, и продолжают водить за нос как заказчиков, так и государство. «В этом случае, — заявила Светлана Радионова, — у нас не остается другого выбора, как начать предъявлять претензии не утилизаторам, а непосредственно нефтегазовым компаниям. Доработанные после катастрофы в Норильске методики оценки вреда окружающей среде позволяют нам предъявить существенные суммы штрафов, которые в суде мы безусловно отстоим. И это будут сотни миллионов, миллиарды рублей в каждом конкретном случае, которые для сервисных компаний окажутся неподъемными».
Поэтому нефтяникам придется делать выбор — или менять требования к процессу утилизации своих отходов и к рекультивации нефтезагрязнённых земель, либо же стоять на своём и работать в состоянии риска предъявления очередных судебных претензий.
Возможной площадкой для консолидации и выработки решений может стать Росутилизация как профильное объединение компаний, работающих в сфере переработки отходов. По итогам заседания Делового клуба принято решение предоставить утилизаторам время для принятия решения и в срок до 1 декабря доложить о результатах в Росприроднадзор.
🌳 Написать нам / Подписаться