Гэндальф шептал имя Гваихира серому мотыльку, чтобы спастись с вершины Ортханка. Сэйта и Сэцуко на ночь впускали светлячков в свою лачугу, чтобы на утро найти их мертвыми. Хотару (светлячок) в японской культуре тесно связан с хрупкостью и мимолетностью жизни, а еще с надеждой. Любование хотару — хотаругари, корнями уходит в раннюю эпоху Хэйан и напоминает нам о вечерах, когда знать собиралась у рек для созерцания света преходящей и уходящей жизни.

У нас тоже есть свои хотару. Божья коровка, посещающая нас в самые неожиданные моменты жизни, всегда становится символом витальности, надежды и тайного желания отправляющегося вместе с ней куда-то в голубизну небес.

Разыскивая символ для medchem (стартапа занимающегося разработкой малых молекул и делающего RnD для фармы), мы обратились к универсальному для всех культур образу крылатого проводника изменений. И хоть знаком в итоге божья коровка не стала, взмах ее крыльев был отправной точкой для наших поисков. Точки-молекулы на крылышках сложились в первую букву логотипа, траектория полета стала траекторией кумулятивных изменений, а шлейф теперь проявляет потенцию скрытую в полотне вселенной, сотканном из молекул и атомов.

Предлагаем случайному зрителю посветить несколько секунд или минут хотаругари и полюбоваться на божью коровку и наши поиски графического образа