В 2019 году я научилась выходить в эфир из состояния, из которого, кажется, вообще нельзя выходить к людям. В тот год у меня друг за другом умерли родители. Сначала мама. Через пять месяцев папа.

Я помню опустевшую родительскую квартиру. Их уже нет. Со мной осталась их старенькая собака. А у меня — очередная онлайн-конференция.

Моему бизнесу тогда шёл всего второй год. И даже без всего происходящего каждый выход в эфир был для меня волнением. Перед эфиром я ходила быстрыми шагами из комнаты в комнату, махала руками, пыталась буквально физически вытрясти из тела напряжение.

И внутри меня как будто жили два человека.

Один говорил: «Боже, я вообще не готова. Я не могу. Я не хочу выходить к людям и улыбаться. Я хочу зарыться под одеяло и реветь, реветь. И снова реветь».

А второй говорил: «Сейчас ты организатор. Просто включи профессионала».

И я включала.

Собирала спикеров, писала посты, прогревала конференции, занималась продажами, выходила в эфир, представляла спикеров, улыбалась людям. И параллельно занималась похоронами и ездила на кладбище.

Работа тогда действительно меня вытащила.

Но много лет спустя я поняла одну вещь, о которой тогда вообще не думала: она же помогла мне не проживать то, что происходило со мной.

Я просто научилась выключать боль и включать профессионала.

Но откровенно говоря, у меня особенно то и выбора не было. Если бы я тогда выключилась из работы, мне было бы не на что жить.

Получается грустная ирония: чтобы прожить горе, мне сначала нужно было заработать деньги на то, чтобы его прожить :)

Поэтому я работала.

Тот период сделал меня невероятно сильной профессионально. Сейчас, если перед конференцией отказывается спикер, что-то ломается или летит техническая часть, я думаю: «Боже, да это вообще мелочи жизни».

Потому что однажды я уже выходила в эфир в дни, когда моя жизнь разваливалась совсем в другом месте. После такого правда появляется ощущение: я справлюсь.

Но у этой силы оказалась оборотная сторона.

Несколько следующих лет были для меня годами тяжёлых выгораний. А значительно позже я дошла до врача психиатра.

Сейчас я смотрю на ту себя совсем иначе. Не с мыслью: «Какая же я молодец, что всё выдержала». А с мыслью: я больше не хочу жить так, чтобы каждый раз сначала доводить себя до края, а потом героически справляться.

Сейчас перед важным выступлением мне гораздо важнее другое: чтобы всё было подготовлено заранее. Темы, презентации, воронка после выступления, система. Чтобы накануне мне не нужно было убиваться ради того, чтобы «как-нибудь сделать».

Я лучше выключусь из процессов. Погуляю. Отдохну. Кто-то пойдёт на массаж, кто-то потренируется, кто-то утром спокойно выпьет кофе на балконе с красивым видом. А потом выйдет к людям не на последних силах, а заряженным.

Потому что у меня теперь есть один вопрос, который я постоянно задаю и себе, и тем, кто приходит на мои воркшопы или в «Вольную среду»:

«Чтобы что?»

Хочу попасть на самое крутое мероприятие — чтобы что? Готовлю выступление — чтобы что? Мне нужны после него новые люди? Продажи? Клиенты? Узнаваемость?

Если я понимаю ответ, я могу спокойно выстроить весь трек заранее. Выступление больше не подвиг. Это один элемент большой системы.

Наверное, одна из самых дорогих вещей, которым меня научил тот страшный год, именно эта: я умею включить профессионала даже тогда, когда внутри всё разрушено.

Я уже однажды это доказала.

И именно поэтому больше не хочу ничего себе доказывать такой ценой.

«Убиться, но сделать» — эту цену я больше не плачу. И вам её тоже не предлагаю.