⛄ Мэр Вильнюсского района Роберт Духневич искупался в проруби в мороз (но не всем это понравилось в соцсетях)

Вчера в своем фейсбуке Духневич поделился фотографиями того, как он окунулся в прорубь. Подписал он это так: «Прекрасная в этом году зима».

Реакция аудитории разделилась на два полярных лагеря: от восторга до тревоги за безопасность. Большинство, особенно женщины старшего возраста, видят в этом проявление силы и здоровья, называя мэра «молодцом» (šaunuolis) и отмечая, что его «греет внутренний настрой».

Но на фоне нескольких недавних трагедий на льду часть жителей восприняла фото критически. Они пишут, что публичное лицо, дескать,не должно подавать дурной пример подросткам, напоминая, что такие развлечения иногда «заканчиваются трагически», и советуют политику оставить экстремальные фото для личного архива, а не для публичной агитации.

Некоторые комментаторы мгновенно перешли от обсуждения закаливания к критике правящей коалиции. Зимние пейзажи вызвали у некоторых саркастичные замечания о том, что зима была бы красивее без «неманской колбасы» (dešra созвучно с aušra), а другие прямым текстом советуют мэру «бежать из банды», пока он не утонул в политическом смысле.

Особый интерес для изучающих литовский тут представляет обсуждение мужского здоровья на морозе. Здесь ярко проявился «языковой код» Вильнюсского края: женщины, желая пошутить по-доброму, используют слово konkolai (мол, не отморозь «бубенцы»). Это диалектное название клецок, которое здесь работает как мягкая, «кухонная» метафора анатомии, превращая комментарий в уютное ворчание. Другие выбирают литературный вариант kiaušiniai (стандартное «яйца»).

Мужская же часть аудитории использует совсем другую лексику. В комментариях встречается слово pautai. Изначально это старый жемайтийский диалектизм, означавший обычное куриное яйцо (раньше даже говорили pautienė — яичница), но в современном литературном языке это значение умерло. Слово возродилось в сленге исключительно в значении «тестикулы», причем с оттенком грубой маскулинности.