Конец тиктока

О мертвецах либо хорошо, либо никак, поэтому никто не заметил, как из обихода ушло слово «хаусы», а музыкальный телеграм замолчал про «тикток-поп», на который еще совсем недавно презрительно бухтел. Нет, с соцсетью и людьми там все хорошо — это все еще социальный лифт и источник всяческой жизни. Я говорю о другом — смерти тиктока в его первоначальном, субкультурно-милохинском значении.

Я тоже на это не обратил внимание, если бы по рабочим нуждам не полез смотреть, что там случилось с тиктокерскими ПЦ. Результат — на экране, странички этих ПЦ на стримингах — это памятник старой жизни, лакокрасочно-цветастой, мультяшной и игрушечной, которая резко оборвалась понятно когда.

2022 год наебнул старый тикток сразу с двух сторон — индустриально, потому что заблочили и бабки всё, и ценностно, потому что пляшущие разноцветные дети стали констрастировать с реальностью сильнее всего.

Русский тикток, конечно, пересобрался, но превратился в место для всех и перестал быть субкультурой. Тикток первой волны стал первой и главной жертвой «темных двадцатых». ПЦ закрылись, дома расселились, и среди бездомных детей выжили самые стойкие.

И эти выжившие — самая яркая иллюстрация темного поворота. Казалось бы, еще вчера Даня Милохин кошмарил парламентариев, дефилируя в платье на премии «Муз-ТВ» и звучал на фите с Лагутенко как Лагутенко больше чем сам Лагутенко. Сегодня он палит бицуху на фоне дорогого авто с подписью «я не гей» и выходит пиздиться на ринг. Бывшая оппонентка Ларисы Долиной Валя Карнавал стала к вселенной Ларисы Долиной на световой год ближе, чем к себе четырехлетней давности. Про вожатую при этом отряде Мию Бойку я вообще молчу.

Показателен на этом фоне взлет Инстасамки. Хабалистый выкормыш другой, еблоторговой соцсети, она увидела возможности в меняющемся мире, который стал разговаривать на ее языке — и даже немного ими попользовалась.

А по тиктоку-2021 мы еще соскучимся, кажется — кто бы мог, конечно, подумать?