Отмечу нескольких:
Литературный критик,
Лев Александрович Аннинский
«Нужно очень сильно нуждаться в Боге, чтобы его отрицать».
Не так просто из ученого всезнайства и веры в знание перейти к вере в то, что, как известно, выдумано от плохой жизни.
Н.Т.: По-Вашему, нельзя совместить веру в знание и религию?
– Запросто. Мне помог их совместить очень интересный мыслитель по фамилии Микушевич, который в ответ на мое признание в атеизме сказал: «Нужно очень сильно нуждаться в Боге, чтобы его отрицать». Это про меня. Я – русский православный атеист. Я, потомок казаков и евреев, назвал себя русским и остаюсь им в любой ситуации. Ни в какую эмиграцию сроду не хотел и никогда не поеду. Я воспитан атеистом, отец у меня – атеист, коммунист, погиб за коммунистическую Родину. По команде сверху поменять веру – для меня предательство моего отца и веры моих отца и деда. Я русский православный, потому что прочел Библию в детстве и поверил в эти идеи, хотя и отказался креститься – был комсомольцем. А все дети мои (три дочки) – верят, все крещеные.
В нашем обществе сегодня потеряна вера, потеряна мировая идея, потерян общий смысл жизни, потеряно ощущение великой страны, ощущение связи поколений. Мы потеряли как минимум два поколения. Молодежь тусуется, пьет пиво, кричит, что им на все наплевать, ищет, куда применить энергию. Голода нет, слава Богу. Пять процентов населения способны накормить остальные девяносто пять. Что будут делать накормленные девяносто пять процентов, которым не будет грозить голод? Все пойдут на футбол? Предчувствие катастрофы носится в воздухе. Сейчас есть ощущение, что Россия переходит в какую-то новую геополитическую ситуацию. И ситуацию эту определить невозможно, потому что меняются энергетические центры в мире. Раньше была ось Запад – Восток, теперь – Север – Юг. И неизвестно, чем обернется для Севера экспансия с Юга. Вот мое ощущение теперь. Зубами держусь за Россию, за русскую культуру, за все то, что досталось мне судьбой. Не потому что тут лучше. Тут не лучше. Просто для меня иначе, чем тут, невозможно. Вот это и переменилось во мне с тех пор, как я верил, что скоро мы всех накормим, лагеря распустим, все начнут работать… Сами не начнут работать. Начнут не более 15 %, которым посчастливилось иметь работу, раскрывающую в них личность. А 85 % должны вослед Адаму в поте лица добывать хлеб свой. Это очень трудно не физически – нравственно.
Здесь полный текст
Богослов, физиолог, академик Академии наук СССР,
Алексей Алексеевич Ухтомский
«Сердце, интуиция и совесть — самое дальнозоркое, что есть в нас. Это уже не личный опыт, но опыт поколений, донесённый до нас. Совесть — предупреждает особыми волнениями и эмоциями высшего порядка о должных последствиях того, что делается перед нами».
«Откуда общепринятое теперь различие… «знания» (науки) и «веры» (религии)? Оно, очевидно, — случайного (исторического) происхождения, не заключается в самих понятиях: ведь всякое знание — психологически есть «верование», а «верование» в истории всегда было высшим откровением, чистым знанием действительности»