Короче, я люблю запивать коньяк холодным пивом. Ничего не могу с собой поделать – нравится мне этот похмельный сумрак по утрам. Ещё люблю абсент и прочий дьявольский кайф, который курят и пьют. О, вы не знаете, сколько стоит сия чистота! А что поделать? Наследственность плюс родовая травма – душа свободна. Но, друзья, уже полгода – или больше – я тихий океан. Я, мятежный, не ищу покоя в бурях. Минералка и традиция, как говорит мой друг Кирилл. Но есть один нюанс: энтропия никуда не делась. Понимаете, я из людей, не признающих полумеры, доводящих до крайности всякое дело. Если пить и упарываться, то так крепко, нахуй, чтобы земли под ногами не чувствовать. Если заниматься спортом, то так, нахуй, чтобы кости хрустели.
Так устроена моя психика, и, мне кажется, психика людей, которые тесно со мной общаются. Я уверен, они меня поймут.
Ладно, это было предисловие к фотографиям, которые я желаю сохранить для архива с подписью "Вит Леев. Поэт".
панихида на парапетеМосковские концептуалисты тут????? Интересный текст Монастырского. Читал как-то книжку, взятую у художника Поликанина, где тексты Монастырского походят на мантры. А еще он кинул палку Третьякове. Точнее "Ветку". Можете гуглить "палка Монастырского". Но лучше…
Московские концептуалисты тут????? Интересный текст Монастырского. Читал как-то книжку, взятую у художника Поликанина, где тексты Монастырского походят на мантры. А еще он кинул палку Третьякове. Точнее "Ветку". Можете гуглить "палка Монастырского". Но лучше "Ветка".
Леонидом Андреевым был я призван в астрал сумасшедшим Андреем Монастырским я стал
Джеймса Эдварда фото на шоссе я раздал чтоб осталось хоть что-то от ушедших в астрал
панихида на парапетеСМОГ этим летом О книгах, прочитанных мной, я редко распространяюсь, но сейчас хотелось бы сказать несколько слов нежности. Вышла биография поэта Леонида Губанова «Нормальный как яблоко», автором которой является литературовед Олег Демидов. Я увидел её на…
Мать Губанова вспоминает:
"7 сентября соседи видели, что он прошёл к себе. 8-го сильно лаяла собака. Значит, умер Лёня в тот день. Мы вернулись 12-го... Умер сидя. Голова была накинута на спинку дивана. Собака от трупных испарений обезумела - пришлось усыпить".
Замечаю, что у чутких к слову мужчин обязательно есть кулинарные способности. Из пустяков они делают что-то очень оригинальное и вкусное.
Я наблюдал это не только у себя, но и у Губанова, Лимонова, Поликанина. Видел в Tг и слышал, что поэт А. Пелевин любит готовить.
Интересно, что наблюдается абсолютная противоположность у женщин, связанных с текстами. Много наблюдал и читал, что, например, поэтессы ничего выразительного не приготовили за всю жизнь. Зато могли красиво потушить сигарету в яичном желтке. Далеко ходить не нужно. У Цветаевой абсолютный индифферентизм к кулинарии. Можно еще ближе к нам. Никто не вспоминает о кулинарном таланте Алёны Басиловой. Поэтессам абсолютно безразлична еда. «Полет» отнимал силы, не оставляя энергии на быт. Всю приправу — в слово, не оставляя на плов.
Маяковский курил невзатяг. Когда бросил табак, написал стихотворение "Я счастлив".
Уверен, через несколько дней он выкурил столько папирос, сколько не курил и за год. А тем, кто напоминал ему о стихотворении, говорил что-то вроде: "Не заставляйте меня спорить с самим собой, уёбки".
О книгах, прочитанных мной, я редко распространяюсь, но сейчас хотелось бы сказать несколько слов нежности. Вышла биография поэта Леонида Губанова «Нормальный как яблоко», автором которой является литературовед Олег Демидов. Я увидел её на маркетплейсах и сразу приобрёл. Прошлым летом хотелось купить сборник стихов Губанова, который продавался за 5 тысяч - ахуeть! – рублей, но, как говорится, «лето всё проебaно, лето всё пробухано», поэтому финансы не позволяли приобрести этот экземпляр. Потом деньги уже были, но книги не оказалось в наличии. Понятно, что биографических фактов и стихов разбросано по интернету достаточно — я всё это читал, — но мне хотелось иметь сжатую информацию в твёрдом переплёте, чтобы не ползать каждый раз по этой паутине. Короче, чтобы было удобно читать и вспоминать. К тому же этот поэт оказал на меня влияние, да.
В самом начале книги рассказывается о родословной поэта. Меня очень заинтересовал факт, касающийся его отца. Пишется, что Георгий Георгиевич Губанов – отец Леонида – какое-то время трудился над созданием искусственного сердца. Это привлекло моё внимание, потому что спустя много лет самый молодой гений Губанов умрёт от остановки сердца. Есть сайты, утверждающие, что это было самоубийство, что не совсем точно. Образ жизни самоубийственный – да. Синька его не породила, но убила. Да и какое самоубийство? Леонида Губанова отпевали, и в его честь неоднократно служили панихиды.
Ниже отрывок стихотворения Губанова, которым Демидов начинает книгу. И меня оденут в сладкий дым грозовых легенд и примечаний, я ведь был когда-то молодым этого они не замечали.
Не настаиваю на покупке книги, но прошу хотя бы ознакомиться с тем, что найдёте на различных сайтах. Стихи точно прочтите.
*СМОГ (самое молодое общество гениев) - литературное объединение молодых поэтов, созданное Владимиром Алейниковым и Леонидом Губановым.
На улице уже резвится беспощадный Кубанский Феб. Никуда не пойду. Рано утром рвал ягоды с деревьев. Пальцы испачкал. Хорошо, книга электронная, не останется отпечатков. Читаю "Короткие интервью с подонками". Это медленное чтение. "Вязкая тревожность" - так бы я описал этот текст. Левой рукой ем темные ягоды, а правой держу телефон. На балконе становится жарко. Вспоминаю Москву: аномальная жара. Пойду читать в прохладу темной квартиры. Плотные занавески. Чай.
Жить все-таки интересно. Часто меня тревожит и пугает что-то неявное, но, Боже, как совершенны дела твои. Пастернак все-таки очень похож то ли на жирафа, то ли на звук "мэл", раздувающийся слюнявым пузырем на пухлых губах. Неприятно смотреть, правда. Извините мне мою грубость, Борис Леонидович, но это пиздец. Напоминаете жирафа и все.
