Второго кандидата на роль лектора про Боуи звали Джордж Андервуд, и это оказался точный выстрел прямо "в яблочко". Последние лет сорок Джордж живет где-то под Лондоном и рисует стилизованные под ранее средневековье картины, культурологическую ценность которых я оцениваю безумно высоко (найдите в интернете). Гениальный живописец, он оказался скромным и непривередливым человеком, и вскоре прилетел в Москву, кажется, эконом-классом.

Работы у него на плошадке оказалось немало: уже в первый день Джорджу пришлось давать интервью примерно двенадцати федеральным телеканалам, и ему было, что рассказать увлекательного про своего школьного друга. Они вместе играли в колледже в одной из начинаюших рок-групп, не поделили юную поклонницу, и в горячей драке Джордж нечаянно выбил своим перстнем Дэвиду глаз. После операции второй зрачок у будущей рок-звезды стал зеленым, а Боуи в считанные дни в глазах приятелей превратился в настоящего инопланетянина))

Подобных историй в их бурной жизни было немало, но в паузах между молодежными безумиями Джордж Андервуд умудрился оформить несколько классических альбомов Боуи и, в частности, Hunky Dory и Ziggy Stardust, на которых с любовью расписался мне красивым черным маркером. Я был счастлив и по-настоящему горд, но это было только началом нашей нелогичной дружбы с Джорджем

Продолжение следует..