На Всемирной выставке 1900 года в одном из павильонов был экспонирован быт канаков. Рядом с бамбуковыми хижинами сидели люди в набедренных повязках и кремнями шлифовали каменные пики.
Разумеется, тут разум возмущённый просто обязан закипеть. Это же в чистом виде человеческий зоопарк. Аборигены здесь выставлены в качестве экспонатов, туземцы превращены в питомцев, люди низведены до животного уровня. Недопустимо? Само собой.
А ещё это были вовсе не аборигены. И шлифовали они каменные пики довольно неумело. Прямо скажем, совсем плохо шлифовали. Потому что никогда прежде этого не делали. Потому что это были младшие чиновники колониальной администрации, которых наняло французское правительство. Изображать канаков было работой, на которую их подрядили.
И тут, конечно, возмущённый разум вновь должен закипеть. Потому что культурная апроприация. Потому что у подлинных канаков отняли их культурную идентичность, заключающуюся (среди прочего) в умении шлифовать каменные пики, и передали её белым мужчинам, которые это делали плохо и за государственные деньги.
...Вот как у людей, умудряющихся молниеносно сменить ракурс и успевающих возмутиться и тем, и этим, мышление не проваливается в бездну между этими двумя векторами моральной атаки?
Каким же летучим и парящим должно быть это мышление. Каким лёгким.

P. S. А когда эти чиновники, стосковавшиеся по дому, тайком пробрались на корабль, то моряки, нашедшие их в трюме, не поверили, что те изображали канаков в порядке рабочих обязанностей. И потому на протяжении всего рейса кормили их и всячески о них заботились. И, как те ни предлагали, не давали им выполнять никакой работы на корабле. Это ведь было бы неправильно. Они же канаки, а не какие-нибудь служащие.